Книга Во сне и наяву, страница 85 – Юлия Зубарева

— Так, подождите, — Лизавета почесала ручкой кончик носа. — Это совсем не простые рецепты. Простите, а причем тут кора дуба в оладьях?

Начала более внимательно читать следующие странички. В каждом рецепте был свой секрет в продуктах. Отделить одно от другого было сложно, поскольку навыки кулинарии заканчивались зелеными салатами, бульоном и пельменями. А тут драники с корнем лопуха от болезней печени и неведомые посекунчики, обжаренные в горчичном масле, настоянном на корне аира для повышения потенции. Чай к каждому блюду тоже полагался свой. Что-то надо было настаивать на листьях брусники и элеутерококка, добавляя мед от диких пчел после Спаса на вересковом поле. Какие-то травы были хотя бы на слуху, а большая половина названий вообще не поддавалась даже поиску в интернете. Как такое готовить? Ни где собирать, ни по сколько класть. Какая-то зашифрованная абракадабра, спрятанная в кухонных записках.

— Баба Мила сказала, чтоб все выучила, но не просила это готовить. Еще потравлю кого-нибудь. Тьфу-тьфу, — Лиза решила пойти самым простым путем. Как перед экзаменом заучивать непонятный текст, не особо вникая в смысл написанного.

С каждой страницей крепло ощущение, что рецепты становятся все более сложными. Вареники обещали лечение от бесплодия, а зеленые щи гнали опухоли и черную кровь. Как вернуть мужа от разлучницы при помощи пирогов с визигой Лиза еще могла предположить, но сердечные болезни лечить кашей из пяти круп, диким чесноком и луком? Щавель шел в сладкую выпечку, а ревень в кисель. Обычные продукты соединялись в немыслимые сочетания, обещая то избавление от недержания, то прозрение от слепоты.

— Если хотя бы один рецепт работает, то это даже не БАДы, а здоровое питание в прямом и переносном смысле, — озарило Елизавету. — Покушал недельку рагу из зайчатины, и прощай боль в суставах, чайком запил и про отдышку забыл.

К середине ночи измученная Лизавета путала шанишки с охотничьей заебурихой и накрёпок с гречневой крупой с калинником, что заворачивали перед выпечкой в капустный лист. Перед глазами плясали галушки и соленые в родниковой воде огурцы. — У меня просто несварение от всех этих рецептов. Завтра буду потихоньку каждый разбирать и записывать. Я половины слов таких не знаю. — Лиза улеглась на кровать с ворохом новой информации и незаметно провалилась в сон, наполненный варящейся кашей, пирогами с калиновой начинкой и капустными листьями.

В сонном Елизаветином царстве были гости. Вениамин в камуфляже песчаного цвета сидел на крыльце, как брошенный пес под дверью.

— Привет, — Лиза выглянула из двери. — А чего тебе у себя не спится?

— Да вот, заснул и опять тут, как и не уходил. Хорошо, хоть сегодня в приличном виде. Выйти пробовал, но до калитки дойти не получается, а в дом коза не пускает.

— Я сейчас выйду, через минутку. Только Милку проверю, — поспешила обратно Лиза.

Рогатая подруга опять лежала на кровати, тяжело дышала и выглядела еще более уставшей, чем в прошлый раз. Лиза погладила свою защитницу.

— Что ж с тобой делать, хорошая моя? Как тебе помочь? Водички хочешь?

Ведро стояло нетронутым, как и березовый веник. Лиза взбила подушки, подоткнула под сонную питомицу. Та благодарно со вздохом ткнула мордой в бедро, требуя ласки. Так и просидели бы до утра, но осторожный стук в дверь напомнил, что гость так никуда и не ушел.