Книга Месть пышки, или Как проучить босса, страница 11 – Юлия Обручева

Я дергаюсь, ударяясь лбом о клавиатуру. С трудом разлепляю один глаз. И тянусь к телефону, чтобы скорее снять трубку и заставить его замолчать.

— Да? — хриплю я в трубку голосом простуженного Джигурды.

— Зуева! — рявкает динамик до боли знакомым баритоном моего «любимого» босса. — Какого черта ты не берешь мобильный?!

Я моргаю, пытаясь сфокусировать зрение на электронных часах.

Десять. Утра. И сейчас мой законный, выстраданный выходной.

— Роман Викторович? — мой мозг отказывается обрабатывать реальность. — Что-то случилось? Здание горит? Господин Чэн объявил нам войну?

— Случилось то, что мы с Элей хотим завтракать! — возмущенно чеканит этот тиран. — Мы спустились в ресторан, а тут в меню одни иероглифы! Персонал по-английски ни бельмеса. Спускайся живо. Нам нужен переводчик.

— Роман Викторович, — медленно, по слогам произношу я, чувствуя, как внутри просыпается Халк. — Сегодня мой официальный выходной. У меня законный отдых перед завтрашними переговорами. Гугл-переводчик по фото отлично справляется с меню.

— Зуева, я тебе плачу не за то, чтобы ты мне Гугл советовала! — взрывается босс. — Элина на диете, ей нужен особый подход. Одна нога здесь, другая там! Пять минут!

В трубке раздаются короткие гудки.

Я смотрю на свое отражение в зеркале ванной и понимаю: если я сейчас выйду в коридор, меня заберет служба контроля за дикими животными.

Отпечаток клавиатуры на левой щеке добавился к иероглифу «безысходность» от наволочки.

Мешки под глазами приобрели благородный фиолетовый оттенок.

Я натягиваю джинсы, первую попавшуюся мятую блузу, скручиваю на голове суровый пучок, который больше напоминает антенну для связи с космосом, и выхожу за дверь.

Моя походка сейчас — один в один поступь зомби, который очень хочет мозгов, но согласен и на чашку крепкого эспрессо.

В ресторане свет приглушен, играют умиротворяющие переливы местных струнных инструментов.

И прямо по центру, за лучшим столиком у панорамного окна, сидят они.

Роман Викторович выглядит так, словно спал на облаке, а на завтрак съел молодильное яблоко. Ни следа вчерашней бледности от экзотических блюд. На нем белоснежная рубашка-поло и светлые брюки.

А рядом порхает Элина. На ней коротенький топ, шорты, едва скрывающие ягодицы, и боевой раскрас, на создание которого ушло часа два, не меньше.

— Ой, Люсечка! — звонко щебечет Элина на весь зал, когда я, приволакивая ногу, подползаю к их столику.

Она оглядывает мою мятую блузку и синяки под глазами с плохо скрываемым брезгливым торжеством.

— Ты так… э-э… естественно выглядишь! Прямо бодипозитив в действии. А мы тут с Ромочкой совсем запутались в этих ваших крючочках.

Роман Викторович окидывает меня холодным, оценивающим взглядом и морщится:

— Зуева, ты лицо компании. Могла бы хоть умыться. Садись. Переводи.

Он кидает мне через стол меню. Толстую кожаную папку, исписанную традиционными иероглифами.

Я медленно сажусь. Мой правый глаз начинает мелко и ритмично дергаться.

— Чего желаете, Элина? — елейным голосом спрашиваю я, чувствуя, как адреналин вытесняет остатки сна.

— Ну, я на строгом детоксе, — Элина накручивает темный локон на идеальный палец с ярким маникюром. — Скажи им, чтобы принесли мне авокадо-тост на безглютеновом хлебе из миндальной муки. Сверху — яйцо пашот, но чтобы желток был не слишком жидкий, а белок — не слишком твердый. И смузи-боул на кокосовом молоке с ягодами асаи и семенами чиа. Только пусть чиа будут свежесобранными! Я чувствую, когда они старые.