Книга Отцы подруг для булочки, страница 5 – Бетти Алая

Он уже умудрился стянуть брюки и спустить трусы.

— Не стоит… она видишь, немного не в сознанке, — хмыкаю, затем ложусь с другой стороны от Ули.

Разворачиваю девочку спиной к себе, прижимаюсь. Обхватываю ее бедра. Сева укладывается спереди и начинает мять пышные сиськи.

— Ты эти соски видел? — бормочет, захлебываясь слюной, затем бросается на грудь нимфы.

Она снова стонет. Блядь, какой же сладкий у нее голос. Записать бы эти ее крики, да во время дрочки слушать. А лучше и вовсе не дрочить. Забрать Улю к себе, сделать своей… и трахать, трахать, трахать.

От мысли, как это юное сладкое тельце будет извиваться на моих шелковых простынях, хочется выть.

— Трахну, — рычит Сева, вылизывая алые сосочки.

Что же делать…, а вдруг девчонка девственница? Она же молоденькая совсем. Вполне возможно. Но если не кончу, у меня дым из ушей повалит. О! Придумал.

Спускаю брюки, затем приспускаю боксеры. Мне похуй, что выгляжу как извращенец. Просто не могу. Меня тащит от этой девочки.

— Смазка есть? — хриплю, возвращаясь к пышным бедрам.

— Да, глянь в столе… и не отвлекай меня, блядь… — он снова принимается самозабвенно сосать идеальную грудь нимфы.

Шарю рукой в тумбочке, нащупываю тюбик смазки. Быстро наношу на член, растираю. Аж дрожу весь в предвкушении. Затем возвращаюсь к попке Ули. И аккуратно толкаюсь между ее бедер.

— Блядь… мягкая какая… я точно сплю, — шепчу, надавливая на бедро девушки, вынуждая сильнее сжать ножки.

Ее нежная молочная кожа трется о головку. Я так не продержусь долго. Но это компромисс…

Иначе уже недопустимо. Тыкаюсь носом в плечо девушки, вдыхаю аромат ее волос. Какая же она…

Трахаю девчонку между бедер, стараюсь головкой задевать ее набухший клитор.

— Уля… — слышу шепот друга, распахиваю глаза.

И вижу, что девочка обхватила рукой член Севы. Мать твою! Таращусь на это зрелище во все глаза. Горский откидывает голову, стонет. А я ускоряюсь…

— Не могу больше… блядь… — рычу, затем рукой нахожу клитор Ули.

Эта девочка не уйдет без еще одного оргазма. Массирую ее чувствительную вершинку, чувствую, как малышка вся напрягается.

— Давай, — шепчу на ее ушко, — кончи для нас, девочка… давай… сожми меня сильнее своими ножками.

— АХ! ААА! ЕЩЕ! — стонет она, затем громко и протяжно кричит.

— Дьявол! — рычит Сева, толкается в ее руку и замирает.

А я со звериным ревом изливаюсь на пышные бедра этой сладкой девочки. Опустошив яйца, шумно выдыхаю.

— Так и не проснулась, — тихо говорю, глядя на безмятежное сонное личико Ули, — она точно реальна, Сев?

— Не знаю…, но кажется, я влюбился…

На меня накатывает усталость. Сам не замечаю, как отрубаюсь и засыпаю блаженным сном. Давненько девушка меня так не доила… как Уля своими бедрами.

Я обязан пригласить ее на ужин с последующим закреплением сегодняшней ночи.

— Подъем! — слышу грубый голос над головой.

Похмелье врывается нежданно-негаданно. Морщусь.

— Не ори… — с трудом получается вспомнить, что было вчера.

— Она ушла…

— Кто? — бормочу, судорожно вспоминая, почему я лежу в кровати Горского в одних трусах….

— Нимфа наша. Уля.

— Уля…

УЛЯ?!

Распахиваю глаза.

— В смысле ушла? — сажусь на кровати, смотрю по сторонам. — Она вообще была?

— А вот… я встал, ее нет. Хотя точно помню, что утром мял ее сиськи. Сбежала…

Встаю, натягиваю брюки. По-хорошему бы в душ сходить, но сейчас все мои мысли заняты малышкой Улей.