Книга Тигран. Украду себе жену, страница 37 – Лика П.

— Здравствуйте, – голос Кати дрогнул, и она тут же пожалела, что он прозвучал так робко. – Тигран много о вас рассказывал… приятного, – добавила она, и её щёки вспыхнули ещё ярче. Катя мысленно отругала себя: «Господи, Катя, что за ерунду ты несёшь?»

Марья Семёновна, стоя рядом, встретила взгляд Левона с неприкрытым вызовом. Её голубые глаза сузились, губы изогнулись в лёгкой, но колкой улыбке. Она чуть выпрямила спину, и в её осанке читалась непреклонность, как будто она говорила: «Только попробуй тронуть мою внучку». Напряжение между ней и Левоном искрило, словно невидимые молнии, и даже ветер, казалось, затих, ожидая, кто сделает первый ход.

Тигран, уловив эту безмолвную перепалку, решил вмешаться. Он шагнул ближе к отцу, его голос был спокойным, казалось, будто он предвидел, какой будет встреча, и знал, как удержать бурю в узде:

— Отец, пройдём в дом, – произнёс он и посмотрел на Левона пристально, его глаза словно говорили: «Не начинай». В его тоне чувствовалась смесь уважения и предупреждения.

Левон хмыкнул, его брови чуть расслабились, но недовольство все же читалось в напряжённой осанке. Он сложил руки за спиной, словно генерал, раздражённый неожиданным визитом, и пробурчал, сдерживая раздражение:

— Что ж, сынок, твоя правда, пройдём, не вечно же мы будем безмолвно смотреть друг на друга. – Он сделал широкий приглашающий жест в сторону входных дверей, ведущих в дом, губы Левона были сжаты, а взгляд всё ещё буравил Катю и Марью Семёновну.

Катя посмотрела растерянно на Тиграна, её сердце бешено колотилось, словно она шла на эшафот, а не на семейное знакомство. Тигран наклонился к ней, его тёплое дыхание коснулось её уха.

— Не волнуйся, – тихо сказал он, и его слова, словно тёплый ветер, немного успокоили её. Катя кивнула и вложила свою руку в ладонь мужа.

— А чего это ей волноваться? – тут же вмешалась Марья Семёновна, её голос прозвучал громко, с напором, и она ткнула указательным пальцем в воздух, словно ставя точку. – С ней бабушка, а я свою внучку не дам в обиду. – Катя невольно улыбнулась, чувствуя, как бабушкина решимость придаёт ей сил.

Тигран усмехнулся и посмотрел на Марью Семёновну, его губы дрогнули в тёплой улыбке:

— Ну с такой бабушкой я могу быть абсолютно спокоен за свою женщину, – сказал он, и в его голосе мелькнула искренняя теплота, смешанная с лёгкой иронией, которая разрядила напряжение.

Катя, всё ещё держась за его руку, тихо спросила:

— Тигран, выходит, ты никого не предупредил… Даже отца? – глаза Кати округлились, и она посмотрела на него, ожидая ответа. Внутри Катя была возмущена: «Как он мог не сказать отцу? Это же его семья!»

Тигран чуть повернул голову, его тёмные глаза встретились с её взглядом. Он наклонился ближе, его голос понизился до заговорщического шёпота:

— Сирун джан, у меня хорошие родственники, но, поверь, их лучше ставить перед фактом, а иначе… лучше не стоит гадать, что было бы иначе. Зачем нам этим голову забивать. Проходи, Катюш, – сказал он, и его рука мягко подтолкнула её вперёд, к дверям дома.

Они вошли в просторную кухню, и Катя на несколько секунд задержалась взглядом на интерьере, выполненном в традиционном стиле.

Левон, всё ещё хмурый, опустился на стул во главе стола, его движения были тяжёлыми, будто он нёс на плечах некий груз. Мужчина бросил недовольный взгляд на Катю и Марью Семёновну.