Книга Ночь с незнакомцем, страница 16 – Наталья Малышева

ПЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ. — Не представляю, как я переживу эти дни, — причитала Оля. Мы сидели в детской кофейне, дегустируя новые пирожные, пока наша малышня сходила с ума в игровой зоне. — Леша с Сережей сведут меня с ума без Анюты. Они уже сейчас замучили меня вопросами, в какой день вы вернетесь. — Три дня — не так уж и страшно. Я и на них, если честно, не хотела соглашаться, но начальство настояло. — Да ладно?! Три дня в Лондоне за счет издательства? Кто вообще от такого отказывается? — Любой другой город без вопросов, но Лондон… — Ты все еще вспоминаешь его? — Оля внимательно посмотрела мне в глаза. Она знала мою историю, должна же я была хоть кому-то открыть свою душу в минуты, когда мне было невыносимо тоскливо. — Как я могу не вспоминать его, если у Анюты его глаза, его нос, его уши?.. — Боишься столкнуться с ним там? Я сомневаюсь, что он ходит по ярмаркам детских книг за автографами писателей и иллюстраторов. — Я сама не знаю, чего боюсь. Но на сердце неспокойно с тех пор, как я подписала контракт на автографсессию. — Присылай нам побольше фото. Мальчишка будет интересно. — Хорошо, будем на связи. Что изменилось в моей жизни за последние пять лет? Да абсолютно все! У меня родилась самая прекрасная малышка на свете. Конечно, каждый родитель считает своего ребенка самым-самым, но Анна действительно была необыкновенной. Не буду кривить душой, первые годы мне было очень сложно, но я ни разу не пожалела о своем решении. Еще мы очень сблизились с Олей, а наши дети чувствовали себя чуть ли не родными. Я продолжала работать иллюстратором и все чаще стала выполнять заказы для иностранных издательств. Так последней моей работой было иллюстрирование дневника маленьких принцесс. Сначала этот красочный альбом для заметок вышел во Франции, а теперь настало время переиздания его в Великобритании, и по случаю старта продаж меня пригласили для встречи с юными покупательницами. Я согласилась на поездку, когда издательство оплатило перелет и проживание не только для меня, но и для Анны. Я никогда не расставалась с дочерью и брала ее во все свои деловые поездки, начиная с грудного возраста. Анюта любила путешествовать и по большей части не доставляла никаких хлопот. На переговорах я просто вручала ребенку блокнот и цветные карандаши, и Анна сидела тише воды ниже травы, умиляя всех, кто наблюдал за ней в тот момент. Собственно, ничего особенно в Лондоне от меня не ждали. В одном из торговых центров действовала недельная книжная ярмарка, на которой присутствовали некоторые писатели и иллюстраторы. У меня был свой столик, за которым я сидела в течение пяти часов в каждый из двух отведенных для меня дней. При входе в торговый центр я к своему удивлении обнаружила большой красочный постер со своим фото и проиллюстрированным мною альбомом. На постере указывались даты и время, когда альбом можно было подписать у автора. Я никак не ожидала, что будет столько желающих получить мой автограф, но маленькие девочки за ручку со своими мамами и папами всё шли и шли за подписью русской художницы. Видимо. Издательство не поскупилось на рекламу. Как мне сказали одни покупатели, они узнали о встрече в метро, прочитав информацию на рекламном плакате.

Слава Богу, оба дня Анна сильно не скучала, рисовала за соседним столиком свой вариант девичьего дневника или раскрашивала раскраску с котятами. — Малыш, потерпи еще чуть-чуть. Вечером мы полетим домой. Соскучилась по мальчикам? Тётя Оля написала, что они передают тебе огрооооомный привет! — Ты обещала, что мы прокатимся на двухэтажном автобусе, — напомнила мне дочка о своем главном ожидании от Великобритании. — Попробуем, обязательно попробуем прокатиться. Порисуй еще немного, Анют. Дочка кивнула и погрузилась в свой собственный мир, а я продолжила общаться с очередными покупателями. К концу второго дня даже образовалась небольшая очередь к моему столику. Я приветствовала каждого подошедшего и спрашивала, для кого подписать книгу. Если сначала я еще пыталась хоть немного поболтать с каждой девочкой, то к концу второго дня я настолько устала, что уже, почти не поднимая головы, подписывала книгу за книгой, и лишь вручая альбом очередной малышке, дарила ей на прощание улыбку. После семейной пары с двумя девочками лет восьми и десяти ко мне подошел очередной покупатель и я, скользнув взглядом лишь по бордовому галстуку, взяла книгу и по инерции спросила: — Для кого подписать? — Для Эдварда Леони. Можно просто Лео.