Книга Симфония мостовых на мою голову, страница 64 – Анна Рудианова

Давид кашлянул, неохотно вытянул правую руку из-под ладони Синицыной и взял трубку стационарного белого телефона:

— Добрый день. Вам должны были сказать, что я ваш предположительный сын. Вы только не удивляйтесь. Но это не совсем правда. Пока мы ждали разрешения на посещение, вопрос решился. Мой настоящий отец найден, но мы бы хотели уточнить у вас пару моментов по поводу гибели одной моей родственницы.

Ильин подвис, прислушиваясь к словам в трубке, похлопал на гостей глазами.

— Неожиданно. Вы у меня первые посетители за этот год, ребята. Мать умерла, и больше никому я не нужен, — мужчина вздохнул. Лицо его покрывали тёмные пятна и бородавки, руки мелко тряслись. И даже тюремная одежда казалась древней, как яйца динозавров. Весь его вид внушал такое отвращение, что Давида чуть ли не передергивало от необходимости обмениваться с ним репликами. Вдруг этот хмырь через провода его чем-нибудь заразит?

— Отлично! — ответил Хворь, давя раздражение. Ирка пнула его под столом, и парень поправился: — То есть это достаточно печально. Но мы с хорошими новостями. Недавно опять поднялась шумиха вокруг гибели Таисии Никифоровой в…

При упоминании имени погибшей мужчина дёрнулся, уронил трубку на стол и, закрыв глаза рукой, вздохнул.

— Мы верим, что вы не виноваты в смерти девушки, и попытаемся это доказать, — продолжил Давид.

Ильин дрожащими пальца обхватил телефонную трубку, прижал к уху. Шок его проявился в болезненном шёпоте:

— Я не убивал.

Давид постарался никак не реагировать на черноту, обступившую Ильина со всех сторон, засунувшую щупальца ему в рот, нос, даже в трубку телефона. Только выработанная годами сила воли не позволила Давиду с позором сбежать из этого места.

А тьма открыла пасть и лизнула заключённого.

Хворь сглотнул:

— Мы знаем.

— Зачем? Прошло столько лет, зачем это ворошить? — запричитал Ильин.

— Чтобы вас освободить и поймать настоящего убийцу! Есть вероятность, что он до сих пор на свободе.

Мужчина недоверчиво уставился на Давида, который с пафосом пообещал:

— Если поможете нам, мы сможем восстановить справедливость.

— Это розыгрыш? Пришли поиздеваться?

— Даже в мыслях не было. Нам было трудно сюда попасть. — Тон Хворя стал деловым, собранным и непререкаемым. Очки блеснули в ярком свете ламп. Тонкие серебрянные дужки словно сделали Давида старше и существенное. — Расскажите, что произошло на самом деле?

Ильин бросил взгляд вправо, где в конце коридора находилась будка охраны с мониторами. Камеры прослушивали и просматривали весь коридор свиданий. И всё же мужчина кивнул:

— Мы встречались с Таисией. Она хорошая была. Давно так. Уже и забыл, как там на воле. А вот её лицо не забуду никогда. Милая. Комсомолка, красавица, лучшая на факультете. Не знаю, как так получилось. Однажды она просто не пришла на свидание, а потом её нашли мертвой в её же квартире. Последний этаж, дом три в Митавском переулке. Какое страшное место. Сам я ничего не знал, она не отвечала на звонки, просто исчезла. Это уже на следствии сказали, что я убил её и… В общем, жесть просто.

— Нам надо знать подробности, — настоял Хворь.

— Таисию насиловали, несколько дней держали взаперти, затем убили. Больше сказать нечего. Идите отсюда, детишки.

Давид подался вперёд, почти вжимаясь в стекло перегородки: