Онлайн книга «Грёзы третьей планеты»
|
— В жидком металле света нет, пользуемся сонаром. Жидкостью дышать умеешь? — Да, – отозвался Гаценко. Он научился дышать кислородной жижей еще работая на глубоководном прииске. Под огромным давлением толщи воды закаченная в легкие жидкость уменьшала вероятность травмы, стабилизируя давление изнутри, как у глубоководных рыб. Все четверо, закончив шлифовать болгарками швы, двинулись по наклонному коридору вниз к шнековой люльке. Здесь все еще был воздух, но без защитного костюма человек уже не был в состоянии выжить. Загрузившись в четырехместную люльку, шахтеры подключили к костюмам силовые кабели и кабели связи, а также шланги подачи дыхательной жидкости. Одновременно с тем, как дыхательная смесь полилась, заполняя пустоты костюмов, в пространство люльки заливалась ртуть, уравновешивая давление. Когда насыщенная кислородом жидкость подошла к носу Гаценко, тот сделал самое трудное – подавил рефлекс боязни захлебнуться. Из всего, чему он учился в горном институте, это было самое сложное. Дыхательная смесь заполнила полости желудка и легких, а вскоре и все свободное пространство внутри костюма. — Готов, – послышался искаженный жидкостью и помехами Чих. — Готов, – вторил ему до неузнаваемости изменившийся голос Красина. — Готов, – произнес Скочинский. Гаценко глубоко втянул ноздрями насыщенную кислородом жидкость. — Готов. Скочинский доложил: — Первая глубинная смена, одиннадцатая мантиевая скважина. Шнековая люлька готова. Личный состав готов. Ожидаем спуска. — Спуск разрешаю, – раздалось из динамиков среди треска электронных помех, и все четверо почувствовали, как начинает раскручиваться шнек, скользя спиральными полостями по насечённой в горизонте резьбе. Давление и температура нарастали постепенно. Подача дыхательной жидкости в костюмы увеличивалась, пока в какой-то момент не сработали предохранительные золотники, герметично закупорив отверстия. Аммиачный фреон побежал по трубкам охлаждающей системы, но его было недостаточно, чтобы справиться с нарастающей внутри костюмов жарой. В какой-то момент Гаценко показалось, что черно-белый экран сонара на внутренней поверхности шлема стал ярко-красным, и в следующий миг сознание покинуло его. 15 января 20ху года. 06:41 Первым, что увидел Гаценко, было не изображение на сонаре, а медленно плывущее в дыхательной жидкости облачко ярко-красной крови. Её натекло достаточно, чтобы мешать обзору. Гаценко коснулся большим пальцем кнопки на внутренней поверхности перчатки, и в шлеме включился фильтр. Кровавое облачко утянуло в сифон, а изображение на экране, наконец, стало различимым. Массивный твердый пол. Нависающий в десятках метров над головой потолок. И бесконечное пустое пространство, уходящее на все четыре стороны, куда не добивало мощности сонара. Недалеко виднелись округлые фигуры коллег, занятых работой. — О! Студент включился! Живой? Приём! – прохрипел из динамика Чих. — Проснулась, спящая красавица? – раздался голос Скочинского. – Не переживай. От тебя никто большего не ждал в первый раз. Нам нужен балласт в шнеке, нежели четвертый шахтер. Но заодно и новичка обкатали. Лишь после этих слов Гаценко увидел, как одна из фигур обернулась, помахала ему рукой и начала жестикулировать. Как будто изображение запаздывало за звуком. |