Книга Убогая жена. Доктор-попаданка разберётся..., страница 137 – Анна Кривенко

Старик вдруг изменился в лице. Даже посуровел.

— Дурное это дело, барышня.

Я выпрямилась.

— Почему?

— Этот сбор запрещён уже давно.

Я напряглась перед финальным вопросом.

— А если кто-то выдаёт его подпольно?

Профессор побледнел, задумчиво посмотрел в окно, а потом кивнул.

— Пару лет назад ходили слухи, что его продают аристократам за немалые деньги. У них, знаете ли, нервы у всех не в порядке. Тяжела доля сильных мира сего…

Я подалась вперёд.

— У меня есть подозрения, что кто-то из моих родственников принимает этот сбор. И у него, похоже, проблемы с психикой. Как мне узнать истинный диагноз? Мне нужно спасти его от этой заразы.

Старик посмотрел на меня напряжённо.

— Вы хотите, чтобы я нарушил правила и открыл перед вами чужой диагноз?

— Нет! — поспешила я заверить. — Я просто беспокоюсь о члене моей семьи и не хочу усугубления его состояния.

Он скрестил руки на груди.

Я решила пойти на хитрость.

Выпрямилась, как бы между делом бросила:

— Я понимаю, что вы занимаетесь лечением болезни только Елизаветы Борисовой, моей золовки, но разве нельзя узнать ещё и о других случаях?

Профессор поджал губы.

— Рассказать вам подробности состояния ни госпожи Елизаветы, ни кого бы то ни было я не имею права, простите покорно. Это врачебная тайна. Как лекарь, вы должны это понимать.

Я поспешила виновато улыбнуться.

— Да-да, простите мою настойчивость. Просто я очень переживаю…

Встала, показывая, что не настаиваю.

— Что ж, спасибо, что уделили мне время. Я пойду…

Выходя из дома, улыбнулась.

Ну вот, узнали самое главное.

Елизавета состоит на врачебном учёте как человек с душевной болезнью.

И кто-то выписывает ей запрещённый рецепт, которым она долго спаивала и себя, и Александра.

* * *

Решила съездить в центр города. Запасы трав для Александра заканчивались, а без них его восстановление могло затянуться. Да и мне нужно было проветриться, немного отвлечься.

Лошади везли меня по заснеженным улицам, а я смотрела в окно экипажа, наблюдая за прохожими. Город жил своей жизнью, никто не знал о моих тревогах, тайнах и надеждах. В какой-то степени я была глубоко одинока в этом мире, но… не жаловалась.

Когда я добралась к аптеке, внутри было тепло и пахло сушёными травами, специями и чем-то терпким, лекарственным. Я подошла к прилавку, начала перечислять аптекарю нужные мне сборы, когда внезапно почувствовала чьё-то присутствие за спиной.

Оборачиваясь, я не ожидала увидеть знакомое лицо.

Григорий.

Он просиял, увидев меня, шагнул вперёд — но, подойдя ближе, вдруг замялся, смутился.

Я не могла не улыбнуться в ответ, глядя на него. Светлый человек. Голова без шапки, светлые кудри растрёпаны, но ему это шло.

— Варвара Васильевна… — проговорил он, глядя на меня с легкой тоской. — Как поживаете?

— Всё хорошо, — шире улыбнулась я, но тут же осеклась, поняв, что хорошего на самом деле не так уж много. Впрочем, к чему этот пессимизм? — Я получила право заниматься лекарским делом официально.

— Знаю, — удивил меня Григорий. — Я… наблюдал за вашим великим восхождением.

— Восхождением? — рассмеялась я. — Ну что вы, всё гораздо скромнее. Просто мне нужно содержать детский приют, вот я и ищу возможность заработать.

— Да, о приюте я тоже знаю, — кивнул он. — Как поживают дети? Всего ли им хватает?