Книга В плену. И после. История одного эльфа, страница 47 – Анна Жнец

«Надо положить конец этому фарсу», — подумал Фай, но язык словно прилип к небу. Уши горели, чертов глаз дергался, голова по-прежнему была звеняще пустой. Смущенный, он отчаянно пытался заставить себя заговорить, но никак не мог придумать, с чего начать свою речь. С каким бы удовольствием он бы ничего не объяснял, а просто взял и провалился сквозь землю, в другой мир, подальше от этих чокнутых женщин, сводящих его с ума.

Выслушав Грид, королева повернулась к Фаю и слегка наклонила голову. Разумеется, сразу догадалась, что это за «терки с местными» и почему он в спешке покинул родину с первой встречной чужестранкой. Не могла не догадаться! Она ведь была в курсе его истории и прекрасно знала жестокие обычаи эльфийского народа.

— Интересно, — Чудовище задумчиво постучало длинным черным когтем по подбородку. — Пожалуй, стоит разворошить это осиное гнездо. Но лента… Грид, у тебя на руке эльфийская свадебная лента. Ее носят только невесты.

Грид моргнула, нахмурилась, переваривая услышанное, затем слова эйхарри, видимо, достигли ее сознания, и желтые глаза едва не вылезли из орбит.

— Что-о-о?

— Ты не знала? — хмыкнула королева и вдруг рассмеялась, весело, от души, будто услышала самую забавную шутку на свете. — О, Темнейшая, Фай, ты не перестаешь меня изумлять! Настолько влюбился? Так хотел сделать Грид своей женой, что прибег к обману? Подарил ленточку и не сказал, что она обручальная. А под венец как ты собирался вести свою невесту? Предварительно напоив до беспамятства?

Она хохотала и хохотала, смахивая с глаз несуществующие слезы, а Фай чувствовал себя воином, который долго готовился к удару, но получил его не с той стороны, откуда ожидал. Его смущение достигло критической отметки. Лицо горело так, что его можно было использовать вместо сковороды: просто клади все, что тебе надо, и жарь. Фай стал красным, как помидор. Как рак, сваренный в кипятке. Как злополучная лента на руке Грид — виновница всех его сегодняшних страданий.

О, богиня, что бы он сейчас ни сказал, все равно будет выглядеть идиотом!

— Я…

Две пары глаз впились в него взглядами, как кинжалы в стейк. Эйхарри смотрела насмешливо, Грид — в полном шоке. Ее ноги подкосились, и она тяжело осела на диван.

— Ну дела… — протянула химера, потирая запястье, обмотанное тканью.

— Я не влюбился! — наконец отмер Фай. — Не влюбился! Она сама нацепила на себя ленту.

Королева вскинула брови, взглянула на Грид, та кивнула, пожав плечами, мол, каюсь, сама.

— Но ты ведь не указал ей на ошибку, — все так же весело заметило Чудовище. — Не потребовал свою вещь обратно. Просто спокойно смотрел, как Грид ее носит, и молчал.

Возразить было нечего. Любой ответ прозвучал бы глупо, так что Фай просто махнул рукой. Пусть думают, что хотят.

Но какая же все-таки дурацкая ситуация!

Опустив голову, Грид принялась разматывать ленту, которую, не снимая, носила уже второй или третий день.

— Нет, оставь, — потянулась к ней королева и накрыла ленту ладонью. — У меня возникла отличная идея. Просто замечательная. — Черные глаза сверкнули ехидством, обещая Фаю веселую жизнь. — Дорогуша, ты ведь понимаешь, что в Сумеречных землях люди обитают суровые, жесткие и довольно бестактные?

«К чему она клонит?» — Под взглядом королевы эльф зябко поежился.