Книга Опасный ритуал или (не) случайный призыв демона, страница 61 – Демьяна Нур

Мгновенный анализ сетевых данных.

Паста карбонара. Алгоритм. Ингредиенты. Время приготовления.

— Принято. Я изучу процедуру приготовления пасты карбонара. В интернете указано, что это блюдо обладает высокой питательной ценностью и относительно простой алгоритмической последовательностью действий.

Она закрывает глаза. Её лицо выражает то самое смирение перед абсурдом, которое я начал распознавать. Она идёт в гостиную. Чтобы медитировать. Передо мной. Перед своим, кем я ей стал?

Тем, кто моет посуду и готовит ужин, чтобы потом высасывать из неё душу поцелуями?

Я остаюсь на кухне. Смотрю на свои руки. Руки, которые мыли тарелки. Которые скоро будут резать бекон, взбивать яйца. Руки, которые жаждут её касаться, чувствовать её дрожь, поглощать её свет и её тьму.

Нежность. Чужое, опасное чувство. Оно не вписывается в мой привычный уклад. Оно ломает логику.

Но когда она сидит в соседней комнате, и я знаю, что сейчас накормлю её, дам ей силы, чтобы потом снова и снова проверять её на прочность…

Чёрт. Похоже, я начинаю заботиться.

И это самая нелогичная и необратимая ошибка за все мои бесконечные циклы существования.

Конспекты по высшей математике лежали передо мной, как ритуальные свитки сумасшедшего шамана.

Интегралы, пределы, дифференциалы.

Всё это кружилось перед глазами, сливаясь в один сплошной, изматывающий узор. После пасты, которая оказалась на удивление съедобной, если не сказать вкусной и последующего эксперимента по энергообмену долгого, влажного и доведшего меня до такого тремора в коленях, что я еле дошла до душа, мой мозг был похож на выжатый лимон.

Я сидела за столом в одной футболке и трусах, волосы ещё влажные, на коже прохлада после горячего душа и… остаточное тепло от его рук. Демоница внутри дремала, насыщенная энергией и, кажется, даже немного впечатлённая. Тишину нарушал только скрип карандаша и редкие автомобильные гудки с улицы.

И тут тень упала на страницу.

Я даже не услышала его приближения. Он просто материализовался, как всегда. Я вздрогнула и подняла голову.

Арсанейр стоял рядом, его взгляд скользнул по конспектам, потом вернулся ко мне. В его глазах не было привычной аналитической строгости. Там было что-то сосредоточенно-мягкое. Незнакомое.

— Эти символы сейчас несут минимальную практическую ценность для твоей основной задачи. — Они расходуют когнитивные ресурсы.

— Они несут мне зачёт, — огрызнулась я, но беззлобно. Усталость брала своё. — А без зачёта не будет диплома. А без диплома...

— Будет социальная дезадаптация, снижение финансовой устойчивости и повышенный стресс, — закончил он за меня, как будто зачитывал статью из Википедии. Он наклонился, и его огромная, горячая ладонь легла поверх моей руки, всё ещё сжимавшей карандаш. — В текущих условиях это, неоптимальный вектор.

Он нежно, но неотвратимо вынул карандаш из моих пальцев, затем отодвинул тетрадь. Действия были плавными, почти заботливыми. Я не сопротивлялась. Просто смотрела, как моё хрупкое бумажное царство рушится под натиском этой вселенской силы.

— Что ты… — начала я, но не закончила.

Он склонился надо мной, блокируя свет от лампы. Его лицо было так близко. Я видела мельчайшие детали. Идеальную линию бровей, длинные ресницы, отбрасывающие тень на скулы, и те самые губы, которые я уже научилась различать: когда они просто сжаты, а когда вот-вот…