Книга Опасный ритуал или (не) случайный призыв демона, страница 15 – Демьяна Нур

И передо мной она.

Источник этого кошмара.

Дрожащее, бледное, жалкое существо. Женщина. В её глазах был ужас, замешательство и какая-то идиотская надежда?

Жалкое создание.

— Кто. Ты. Такая. Тварь? — мысль, обжигающая яростью, вырвалась из меня и ударила в её сознание, вложившись в её примитивный язык.

Она что-то пробормотала про "хотела".

А потом в её глазах вспыхнул не страх, а какая-то дерзость. И она, эта тварь, закричала на меня.

— А кто, собственно, ты такой?! Я звала Арсения, а не какого-то голого засранца с подсветкой!

Воздух вокруг меня сгустился от невысказанной мощи.

Засранец?

Она назвала меня засранцем?

Я, Арсанэйр!

Унижение, острое и незнакомое, пронзило ярость. Я шагнул вперёд, и она вжалась в хлипкую стену своего жилища.

— Я звала не тебя! Ошибка вышла! Ошибка, понимаешь?! Уходи обратно!

Она говорила со мной, как с глюком в её примитивной голове. Пылающее бешенство сменилось ледяным, аналитическим интересом. Она не понимала. Совершенно. Я заговорил с ней, обнажив суть проблемы:

— Обратного пути нет. Твой ритуал это пробоина… Меня выдернуло сюда твоим нелепым криком души.

Я оглядел её обитель.

Коробку, заваленную хламом. —И всё это… из-за распечатанной картинки с глупым лицом? Из-за этого самоволюбленного примата?

Её ответ был истеричным визгом: — Да пошёл ты! Ты ничего не понимаешь! Это любовь!

Любовь.

Это слово, произнесённое здесь, в этом контексте, было таким абсурдным, что во мне что-то надломилось. Я засмеялся. Звук был чуждым для этого мира.

— Любовь? Это не любовь, тварь. Это болезнь. Гниль разума. Я, Арсанэйр. И я твоя ошибка.

Я сказал ей, что она выцарапала меня. Это была… упрощённая, но не ложная версия. Правда была сложнее и опаснее.

Правда заключалась в том, что её крик обладал силой, о которой она и не мечтала.

Силой, которая могла нарушить порядок миров. И это было интересно.

Страшно, унизительно, но чертовски интересно.

Я слушал тишину этого мира. — Здесь пусто. Шумно, вонюче.

Она, конечно, огрызнулась: — А ты как тут оказался, если такой крутой?

Я объяснил про резонанс, про диссонанс, про воронку. Назвал свой мир порядком, чистотой. Посмотрел на её каракули на полу. — Ты даже круг нарисовать правильно не смогла. Он не запечатан. Он… фонит.

И тогда она спросила то, что было ключевым: — И что теперь? Ты… останешься?

Вот он, момент. Я медленно повернулся к ней. Ярость улеглась, сменившись расчётом. Я был в ловушке. Обратный путь требовал колоссальной энергии, которой здесь не было. Но…

— Обратный путь требует энергии… Но она есть в тебе.

Я видел, как страх сковывает её снова.

Я сделал шаг, демонстрируя не угрозу, а холодный факт. — Пока я здесь, ты мой источник.

И тут, как по заказу, раздался стук в дверь и противный голос.

Это отвлекло.

Она, моя "якорь", крикнула в дверь: — Отстань!

Я поднял бровь.

Интересно.

Они и правда были непосредственны. Примитивны, но прямолинейны.

Она сползла на пол, сломленная. Прошептала что-то про проблему из хоррора. Спросила, как будет жить.

— Жить? О, нет, тварь. Ты не будешь "жить". Ты будешь существовать. Пока я не найду выход. А ты будешь мне помогать.

Она попыталась отказаться. Я показал ей тень моей силы. Крошечное пламя, пожирающее свет. Намёк был понятен.

И тогда она сдалась.

С одним абсурдным условием: — Надень треники.