Книга Тринадцатая принцесса, страница 15 – Нинель Мягкова

— Пытаться меня соблазнить не советую. Не заинтересован.

— Похвально. Но я не за тем пришла, — хмыкнула я, поправляя заколки в прическе. Они здесь у служанок были одинаковые, как знак отличия от господ — плоские, крупные, чтобы издалека видно было, и без каких-либо камней и завитушек. Строго и практично.

Принц поднял голову и с запозданием понял, с кем именно разговаривает. Медленно отложил перо и встал.

Я с сожалением отметила, что и сейчас, в спокойном состоянии, хвоста у него нет.

Может, они и не превращаются вовсе? Или как драконы — лишь избранные и самые сильные?

Не о том думаю!

— Мне нужно у тебя кое-что спросить. Пообещай, что ответишь честно, — попросила я.

Иньшен приближался. Уверенно и неотвратимо.

Казалось, он вовсе не собирается останавливаться. Снесет и не заметит. Когда мой нос почти уперся в мужскую грудь, я не выдержала и зажмурилась. Но не отступила.

— Да ты совсем берега потеряла, высочество, — протянул принц.

Его голос провибрировал по коже, как удар гонга, оглушая и ошеломляя.

Похоже, прийти сюда одной было ошибкой.

Да вообще мне не стоило заступать на территорию нагов.

— Прости. Мне очень нужно знать, — выдавила, не открывая глаз. И пока смелость не покинула окончательно, выпалила: — Мы правда проведем брачную ночь во дворце после турнира? С тобой?

Моей щеки коснулись прохладные пальцы. Прочертили линию вниз, к шее, пустив волну мурашек.

Принц склонился так близко, что меня обдало его запахом. Терпким, солоноватым, будто морской песок на солнце. Его дыхание обожгло мое ухо, и Иньшен прошептал:

— Тебя эта мысль пугает или радует?

Глаза сами распахнулись и возмущенно уставились на змеегада.

«У него красивые ресницы, — пронеслось в голове. — Густые, изогнутые, темные. Любая девушка пришла бы в восторг от эдакого изобилия».

— Ни то, ни другое! — отрезала я, разъяренная постановкой вопроса. — Меня сватали за твоего брата. Почему мы не можем подождать с консуммацией?

— Ты что себе вообразила? — смешок нага был грудным, низким и каким-то невеселым. — Решила, что мы тебя по очереди будем…

— Нет, конечно! — я поспешно зажала ему рот, пока этот бесстыдник не выдал какую скабрезность.

Губы под моей ладонью оказались неожиданно нежными и шевельнулись, оставляя пылающий след от поцелуя.

Я отдернулась, словно обжегшись.

— Отец сказал, что ты должен будешь меня пометить. Что это значит? — требовательно вопросила, с трудом скрывая волнение.

Сердце стучало неровно, норовя выскочить из груди.

Из-за грядущей свадьбы? Неизвестности?

Или от близости мужского тела?

— Ничего особенного. Небольшой укус, возможно, несколько, смотря как твой организм отреагирует. — Наг не отстранялся, нависал надо мной мускулистой глыбой и, кажется, принюхивался.

К чему? Я после арены не розами пахну, но его величество император не жаловался. А этому воняет, значит?

— Зачем?

— Для защиты.

Видя, что я все еще недоумеваю, Иньшен вздохнул и все-таки отодвинулся. Недалеко, на локоть, не больше, чтобы наши лица оказались примерно на одном уровне.

И оскалился.

Я сглотнула, глядя на острейшие, ровные клыки. Их было куда больше, чем положено человеку.

Драконы в двуногой ипостаси от людей ничем не отличаются. Наги же оказались куда зубастее и холоднее.

Интересно, какие у них еще секреты?