Книга Тринадцатая принцесса, страница 11 – Нинель Мягкова

Не осмеливаясь прикоснуться к блюдам без разрешения, я опустилась на колени у входа, стараясь не замечать урчание пустого желудка, и прикрыла глаза в медитации, чутко прислушиваясь к звукам извне.

И тем не менее чуть не пропустила появление императора.

Воздух у дальней ширмы, изображавшей буйно цветущие пионы в пурпурно-алых тонах, всколыхнулся, выдавая тайный ход.

Я немедленно развернулась в ту сторону, не открывая глаз, и опустилась лицом в пол в церемониальном поклоне.

— А если это не я, а убийца? — ворчливо поинтересовался его величество, садясь на подушки и взмахом руки небрежно дозволяя мне присоединиться.

Я поднялась, снова поклонилась, уже не так глубоко, и устроилась где приказано, выжидающе уставившись на отца.

Он оглядел мою демонстративно-подчиненную позу и поморщился.

— И давно ты овладела нашими семейными техниками? — осведомился он, деликатно подцепляя палочками сочное кроличье мясо и окуная его в подливу.

Я сглотнула, прежде чем ответить:

— В восьмую осень. Случайно.

— Понятно, что не специально, — вздохнул родитель. — Удачно, что я именно тебя выдал за нагов. Убивать не придется.

Я вздрогнула, но виду не подала.

Правильно, получается, остерегалась открывать свой секрет. Открой я его раньше — не факт, что меня так просто выпустили бы из дворца. И вообще позволили дожить до совершеннолетия.

Драконами становятся только мужчины.

Это общепризнанный факт.

Но вторая ипостась — дело вторичное, а то и третичное.

В первую очередь важна сила дара и его направленность. Например, третий принц, Гуангмин — чистый разрушитель, полноценный дракон. Одного вздоха его достаточно, чтобы обратить в пепел армию. Но навыком «зеркалить» противника он не обладает.

Или умело это скрывает.

Отца я в бою никогда не видела, разве что изредка на тренировках. Император не пренебрегал физическими упражнениями, но предпочитал делать их в одиночестве либо на полигоне вместе с избранными генералами. И в поединки не вступал — несолидно это. Любое сражение — это победитель и проигравший. Проигрывать император не любил, а победить того, кто заведомо поддается, — невелика заслуга.

Так, рядом размялись, и хватит.

— Наги любят силу. Даже в женщинах, — продолжал тем временем сообщать бесценные сведения его величество.

Я навострила уши. Где еще услышишь про обычаи иных земель? Уж отец-то наверняка за долгое время правления общался со змеелюдами и в курсе их традиций хоть немного.

— Я не просто так поставил в договоре именно твое имя. — Если бы я не знала отца чуть лучше, подумала бы, что он сожалеет о своем решении. Это вряд ли. При помощи грядущего брака он избавится от лишнего дракона во дворце. Много сильных наследников — это всегда угроза смуты. Даже если один из них — девочка.

Вдруг кто-то из министров надумал бы на мне жениться! Он бы не просто укрепил свой род, он бы стал реальным претендентом на трон. При условии, что наши дети унаследовали бы мои способности, конечно.

А так отец убивает сразу двух рыб разом.

Даже трех.

Избавляется от меня, укрепляет отношения с соседним государством и обрубает мою линию наследования.

У нагов всегда рождаются наги. Как и у фейри — только фейри.

Полукровки не имеют права на престол Империи. Ни при каких обстоятельствах. Его может занимать только полноценный дракон с ипостасью.