Книга Куй Дракона, пока горячий, или Новый год в Академии Магии, страница 36 – Татьяна Михаль

У меня голова кружиться начинает.

Прикрываю глаза и считаю до десяти. Сжимаю в кулаке монету и от души хочу её швырнуть в морду ректора. Желательно попасть ему точно в глаз.

Потом делаю глубокий вдох, затем выдох и пока ещё спокойным тоном говорю:

— Хочу узнать, что в вашем мире можно купить на эти несчастные сто золотых.

Мужчина в удивлении поднимает брови и хмыкает:

— Несчастные сто золотых? Снежана Михайловна, вы меня удивляете.

Он подаётся чуть вперёд и произносит, словно мы заговорщики:

— Сто золотых – это годовое жалованье преподавателей академии. Можно сказать, целое состояние. Прочувствуйте момент и мою щедрость.

Что-то мне моё мягкое место подсказывает, что для ректора сто золотых – это один раз в ресторан сходить.

Так что нет, щедростью тут не пахнет. Скорее, пованивает жадностью.

— Не устраивает, — говорю со вздохом.

У мужчины темнеют глаза. Россрэйд поджимает губы и смотрит на меня как на врага.

Ну вот, а я думала, что обойдётся без скандалов и истерик.

Надеюсь, хоть до махача не дойдёт? А то если что я и двинуть могу. Глаза, горло, пах и дракон в нокауте.

— Да-а-а? — растягивает он губы в улыбке палача и безразлично пожимает плечами. Потом надменно произносит: — Хорошо, как скажите, пусть будет восемьдесят золотых.

Эй! Кто так торгуется?!

Я ёрзаю в кресле. Потом кручу головой и щёлкаю шеей.

— Вы не в том направлении двигаетесь, эрхалл, — говорю с нотками недовольства и зарождающейся злости. — Сто золотых для ваших преподов может быть и норма, а мне надо больше. Я всё-таки женщина, которая любит себя, и работать за несчастные сто дракошек я не собираюсь.

Подбрасываю монетку в воздух и прихлопываю её ладонью о стол.

Поднимаю руку от монеты, и хмыкаю.

Решка.

И мне кажется, что дракон на монете смотрит на меня с обидой.

Поднимаю взгляд на ректора и нервно сглатываю.

Чую своей красивой попой, мужчина уже сто раз пожалел, что притащил меня в академию. Наверное, его артефакт ошибся. Все хоть раз в жизни ошибаются, так почему бы и артефакту не лажануть?

Хочу уже озвучить эти свои мысли, как ректор вдруг говорит, причём совершенно спокойно. М-да, быстро мужик справляется со своим гневом и берёт себя в руки. Курсы по контролю гнева проходил?

— Назовите свою цену, Снежана Михайловна. Любую.

Я задумываюсь от неожиданности.

Вот не могу так сразу дать ответ!

Он это специально делает.

Грубить всё же не хочу, но и прогадать не охота.

Назову, допустим, миллиард, так он с меня потом спрашивать будет, как на миллиард. Будет требовать шоу, как минимум, чтобы получилось, как концерт Леди Гаги.

Назову мало, сама потом буду локти кусать и спрашивать себя, почему не просила больше?!

Ладно, была не была.

— Пять миллионов рублей, — называю свою цену.

— Вы уверены? — напрягается мужчина и прищуривается.

Много что ли?

Да ладно, не обеднеет.

— Уверена, эрхалл Эрдалл. За свою работу я хочу получить пять миллионов рублей, — заявляю уверенным тоном и одариваю ректора победной улыбкой.

Дракон издаёт странный смешок. Потом изображает лёгкое покашливание и вдруг расплывается в довольной улыбке.

И с улыбкой произносит:

— Раз вы настаиваете, то так и быть, мы договорились, Снежана Михайловна.

Во мне появляется капитальное такое ощущение, что я всё-таки прогадала.

— Погодите радоваться. Как платить-то будете? Мне нужно, чтобы в моём мире всё было по закону. Мне проблемы не нужны.