Книга Куй Дракона, пока горячий, или Новый год в Академии Магии, страница 16 – Татьяна Михаль

беспризорники, с которыми местные органы опеки не в силах справиться;

шпана, одарённая магически и которой дали второй шанс, а если не исправятся, отправятся на каторгу и будут лишены магии;

малолетние преступники из неблагополучных семей, чьи злодеяния не успели принести вреда кому-либо, но шансы продолжить в том же духе очень высоки; этот список можно продолжать.

Причём здесь учатся и исправляются не одни только парни, но и девушки.

— Не я решил. Артефакт, — невозмутимо отвечает ректор.

Пожимаю плечами и говорю:

— Значит, он ошибся. Я вам точно не помощник. Организовать праздник за короткий срок совместно со шпаной нереально! Я ещё повторюсь, что не имею опыта работы с детьми и подростками.

— Нет никакой разницы, — стоит он на своём и не сводит с меня своих… хоба, да у ректора глаза с вертикальным зрачком!

Обалдеть, он и, правда, дракон. Всё ещё не могу поверить, что такое возможно.

— Есть разница, — произношу максимально сдержанно и разглядываю его глаза.

Россрэйд моргает и вновь его глаза выглядят как у обычного человека.

— Снежана… Михайловна, — выдавил он из себя, — артефакт в любом случае уже связал вас обязательством…

— Это когда он успел? Я согласия не давала! — начинаю звереть.

— В тот момент, когда вы пересекли грань миров, — в зарослях его бороды мелькает самодовольная усмешка.

Я прищуриваюсь и шиплю:

— Но вы не спрашивали моего мнения. Вы меня похитили. Значит, не считается. Нет никакого обязательства.

— В магии нет полутонов. Есть свершившееся действие, которое тянет за собой следствие и свершившийся факт сделки. Вы не сможете вернуться домой до тех пор, пока не выполните поставленную задачу.

Я хочу его убить. Прямо сейчас.

Но если я убью этого придурка, то точно останусь здесь навсегда. И вряд ли меня здесь будут терпеть, местная шпана меня и прикопает. В первом же сугробе.

— Уверяю вас, это будет поистине трагически прекрасный новый год, — говорю с ехидной улыбкой и щёлкаю пальцами.

Мужчина кривится от этого звука и бормочет недовольно:

— Воздержитесь от драм и трагедий. Праздник должен быть весёлым, радостным, искрящимся и адепты должны принимать в нём активное участие.

Разжечь огромный костёр из канабиса? Тогда все адепты будут радостными, весёлыми и искрящимися. Преподы, кстати, тоже. Как и гости. Как и император.

А что? Хорошая идея.

— Только без дурных идей, — строгим тоном произносит мужчина, будто мысли мои прочитал.

— Я должна обдумать все варианты, — отвечаю со вздохом и шмыгаю носом. — И вообще, если я заболею, между прочим, исключительно по вашей вине, то никакого праздника не будет! Все ваши уголовники слягут с жёстким ОРВИ! А я, наверное, помру, ведь у вас сто процентов нет противовирусных!

Мне хочется плакать.

— Моё упущение, — совершенно невозмутимо говорит придурок ректор и вдруг подходит ко мне и не успеваю я среагировать, как он кладёт ладонь мне на лоб.

Открываю уже рот, чтобы послать его и сказать в грубой форме, чтобы не лапал меня, но неожиданно ощущаю от его ладони приятное тепло. Знаете, будто меня берут и поливают мягкой тёпленькой и ласковой водичкой, которая разливается по всему телу.

И так хорошо становится…

Прикрываю в блаженстве глаза и не замечаю, как с моих губ срывается стон облегчения.

Все симптомы простуды, вся зарождающаяся боль проходит.