Книга Ведьмина практика, страница 6 – Саша Арсланова

— Мне нужен один доброволец.

Тут же на берегу стало так тихо, что я услышала, как продолжает ругаться мой Бурьян где-то в лесу. Он как с утра начал ворчать, так до сих пор и не унялся. Его я в свой план загодя посвятила – как он вернулся несолоно хлебавши с болот, так и посвятила.

— Ну? – поторопила я девчонок. – Или сама выберу? Эники-беники…

— Да чего уж, – вздохнула Аквата, – я тут главная, я за русалок отвечаю без водяного.

Остальные недоверчиво посмотрели на старшую, захлопали глазами. Да что сказать, даже я удивилась. Чтобы русалка на лихое дело собралась?! Еще и по собственному желанию?!!

А Аквата продолжила:

— Мне и решение принимать. Вот она пойдет! – И кивнула в сторону той мелкой, которую я голоса лишила.

Лица у русалок сделались такие, что я еле смех сдержала. Брови посильнее нахмурила для солидности, кивнула, одобряя ее решение, да поднялась на ноги.

— Сегодня-завтра зелье буду варить, а на вторую ночь приходи к избушке, – сказала я безголосой и тут же поправилась: – Приползай. Будем водяного вашего вызволять.

— Так а план-то какой? – жалобно спросила одна из русалок, когда я уже собралась уходить.

Я повернулась, прищурилась и ответила:

— Если болота никого, кроме кикимор, к себе не пускают, значит, будем делаться кикиморами.

Безголосая вдруг тоненько завыла от ужаса, а я с удивлением на нее посмотрела. Оказывается, есть еще силенки в этой тщедушной рыбке, раз мое заклинание побороть может.

Остальные провожали меня пронзительной тишиной.

Уже за деревьями я захихикала. Ведьмы знают про русалок практически все, но и им про нас многое известно. Как, например, то, что хуже всего у ведьм получается превращаться. На один успешный случай как минимум пяток неудач. А все из-за характера неугомонного и рассеянности женской.

Я пожала плечами. А еще у ведьм есть упертость непрошибаемая и вера в свои силы безграничные. Поэтому на вторую ночь, когда будет готово зелье, мы с моей маленькой хвостатой помощницей станем кикиморами и отправимся на болота.

— Не дело ты задумала, – леший ходил из стороны в сторону за моей спиной, сильно при этом отвлекая.

Я же, раскрыв учебник по травоведению, сидела на коленях перед чахлым кустиком, который чудом обнаружила уже у самых гор, за границей леса, и внимательно сверяла рисунок на живых листочках с картинкой из справочника.

— Ты уже говорил, – отмахнулась я, не оборачиваясь к лешему. – Ничего страшного в любом случае не будет. Или я угадала, и это действительно аконитум ферокс, и тогда без проблем получится сварить превращательное зелье…

— А если нет? – скрипнул леший.

— Если нет? – я задумалась. Очень меня смущала непонятная бороздка по краю листьев. Не помню я, чтобы видела такое у аконитума.

— Если не угадала… – протянула я и замолчала.

— Лес поляжет? – не выдержал леший.

— Лес? – удивилась я, поворачиваясь. – Не. Лес не поляжет. Это совсем редко бывает.

Леший с размаху сел на землю.

— Просто получится чуть другое зелье, с непредсказуемыми последствиями, – я снова наклонилась над кустом. – Да ты не бойся, – успокоила я лешего, – я уже такое варила один раз на экзамене. Тройку, правда, получила, но зато я почти помню, в чем ошиблась.

— И в чем же? – не унимался леший.

Я нахмурилась: вот ведь надоеда.