Книга «Аленка» шоколадка, страница 31 – Мила Романова

В это время неожиданно зазвонил телефон у меня в кармане. Достала и быстро ответила, не глядя на номер:

— Алло!

— Привет, королева! Как долетели? – услышала я, прерываемый помехами голос Киры.

— Супер! – ответила я и засмеялась. Я была счастлива.

Двадцатого декабря Женька улетала в Лондон. Джон ждал ее на Рождество, а я на праздники оставалась одна.

Накануне мы долго мотались по магазинам в поисках подарков. В одном из супермаркетов была распродажа конфет и шоколада. Я с детства любила сладкое. И, хоть сейчас и ограничивала себя в этом, пошла к витрине, посмотреть на это изобилие.

Конфет, и правда, было много. В красивых ярких фантиках, они притягивали к себе. Здесь были и знакомые с детства «Белочка» «Красный мак» «Ромашки», а также много новых не знакомых названий. Мой взгляд остановился на полке с шоколадом.

— Шоколадка «Алёнка», – прочитала я вслух и улыбнулась.

— Да, я тоже Киру вспомнила, – повернулась ко мне Женька, – передать бы ему презент к Новому году и Рождеству. Кстати, он тебе давно звонил? – спросила.

— Уже неделю молчит, – ответила я. – Сказал важная поездка у него в какие-то глухие места, где нет связи. Я пробовала сама позвонить, но телефон «вне зоны».

Я подошла к полке и взяла три маленькие «Алёнки». После возвращения из Египта я полюбила этот шоколад и теперь покупала только его.

— Странно, – только и сказала Женька.

А потом я провожала ее в порту. Когда она пошла на посадку, я стояла и смотрела ей вслед. Я вспомнила, как когда-то Вахтанг сказал мне: если тебе смотрят вслед, значит, ты по настоящему нужен этому человеку.

Женька была мне нужна. Она была моей единственной и самой близкой подругой. Но она была нужна и Джону. И это я тоже понимала. Понимала и знала, что скоро Женька покинет Россию навсегда. От этого было как-то грустно и пусто.

Я смотрела Женьке вслед до тех пор, пока ее и вовсе перестало быть видно, затем развернулась и пошла к выходу.

После нашего возвращения из Египта жизнь пошла обычным чередом: дом, работа, занятия, встречи. Иногда мы пили кофе с Женькой в кафе, иногда вместе ходили на занятия по йоге.

На какое-то время я совсем забыла про обещание, которое дала Кире – начать снова писать.

Он звонил часто, почти каждый день. Мы с ним подолгу разговаривали, и я продолжала убеждаться в необычной духовной близости этого человека со мной. Он понимал меня с полуслова, нам нравилась одинаковая музыка, одинаковые книги и фильмы и даже одеколон и духи мы покупали одного парфюмерного дома. С ним можно было обсудить любой вопрос и поговорить на любую тему.

Сначала он не напоминал мне о данном обещании. А вот, неделю назад позвонил и сказал:

— Мира, я должен уехать. Это будет долгая поездка, я не знаю, сколько времени она продлится. Может месяц, может три. В это время у меня не будет связи. Места, в которые я еду, очень глухие. Там нет ни телефона, ни Интернета. Но я обязательно вернусь и сразу позвоню тебе. А ты в это время должна начать писать свою книгу. Помнишь, ты обещала?

— Помню, – ответила я.

Потом, когда Кира уехал, я вдруг подумала, что мало что о нем знаю. Нет, конечно, он рассказывал о себе. И про маму с папой, и про брата с сестрой. И про то, как личное не сложилось. Мы много и часто беседовали. Но я никогда не спрашивала его о работе, о профессии. Вернее я всегда думала, что он гид-экскурсовод, поэтому вопросов не задавала. Но эта странная командировка приоткрыла жизнь Киры с неожиданной стороны. Значит, есть у него какое-то занятие еще. То, о чем он мне не рассказывал.