Книга «Аленка» шоколадка, страница 137 – Мила Романова

Быстро натянув на себя джинсы и кофту, Ксения пошла к двери.

Дверь открылась ей навстречу и она увидела отца.

— О, Ксюха. Ты куда собралась? – весело спросил Гена, увидев дочь.

— Я… – Ксения замялась, – я пойду с подружками поболтаюсь, уезжаю ведь завтра, сказала запинаясь. Она не умела врать.

Гена не заметил ее заминки, сказал:

— А я арбуз купил. Давай поедим, потом пойдешь. Ладно?

— Нет, нет, пап. Я потом. Девчонки ждут, – продолжала врать Ксюха.

Гена только теперь обратил внимание, что глаза у дочери заплаканные и весь ее вид выражает настороженность:

— А ревела чего? – в голосе звучала любовь и забота, – Кто обидел мою малышку? Скажи – я их накажу! От этих слов в горле Ксюхи встал ком, опять захотелось плакать. Еще ей захотелось крикнуть: «Папа, папочка, защити меня от этого старого похотливого козла, который мне жизни не дает…». Но вдруг другая мысль пришла ей в голову: сегодня она скажет Иосифу, что ее семья больше ничего ему не должна! Что за это время она своими мучениями отработала все деньги, которые Иосиф дал в долг ее отцу, чтобы тот рассчитался за ее учебу. Да, сегодня последний раз. Она сама должна поставить точку в этой истории.

— Ладно пап, я пошла. Меня никто не обижал, так поревела немного, погрустила, что завтра ехать надо…

— Ох, ты, чудак-человек, – Гена ласково обнял дочь, – радоваться должна, что поступила, а она плачет…

— Просто из дому ехать не хочется, – продолжала говорить Ксюха.

— Но это же ненадолго. Ты будешь приезжать на выходные и на каникулы. А когда закончишь образование – приедешь обратно уже дипломированным специалистом…, – поцеловал дочь в щеку, – ладно, иди, девчонки, небось заждались.

Иосиф и правда заждался. Он нервничал и смотрел на часы. На запыхавшуюся Ксюху посмотрел холодно, ничего не спросил, нажал на газ.

— Меня папа задержал, – пробовала оправдаться девушка, – я не могла прийти раньше… Но Иосиф молчал. Он молча гнал машину.

— Куда мы едем? – робко спросила Ксения. Раньше Иосиф просто завозил ее в лес, приказывал раздеться и насиловал прямо на сидении машины. Сегодня он явно куда-то ее вез.

— Куда мы едем? – опять спросила Ксюха. Иосиф продолжал молчать. И тогда Ксюха набрала полные легкие воздуха и начала говорить:

— Вы говорили, что отпустите меня, когда я весь папин долг отработаю. Я так думаю, что уже все отработала. Вообще, я завтра уезжаю на учебу. Вы меня отпустите? – закончила она жалобно.

Иосиф повернул к ней лицо, ухмыльнулся:

— Отпущу, – сказал, опять отвернувшись, – сегодня и отпущу…

Машина заехала в глухой лес, который становился все более и более густым. Дорога почти пропала, и ее трудно было заметить между деревьев.

Ксюхе стало не по себе.

— А куда мы едем?» – опять спросила она.

— В одно место, – ухмыльнулся Иосиф, – тебе понравится…, – и опять замолчал.

Он давно мечтал привезти ее в свой лесной дом. Там никто не услышит и не увидит, оттуда невозможно сбежать. Идеальное место… для охоты…

… Гена посмотрел вслед дочери «Все-таки красавица выросла», – подумал, – «вот сейчас образование получит, замуж выйдет, внучат мне нарожает…», – и улыбнулся своим мыслям. Зашел на кухню, налил себе стакан воды, выпил, вспомнил, что давно обещал Семену – соседу с соседней улицы, посмотреть его машину, которая у него барахлила. Все никак времени не находил: то на работе занят – вечно Иосиф ему дело найдет, то домашние дела мешают. Решил, что сейчас самое время. И вышел из дому.