Онлайн книга «Проект "Новое поколение"»
|
— Что это за место? — Звездный причал. Он достаточно далеко от скопления городских огней, почти граница. Он потому так и называется — только здесь видны звезды. А Лекс, оказывается, романтик. Эва никак не могла предположить, что он привезет ее в такое место. Что он вообще о нем знает. Но из чувства противоречия и природной вредности все же возразила: — Но есть же природные заповедники... — И их посещение стоит бешеных денег. А те, кто живет на нижнем уровне, может, тоже мечтают о звездах... Эмоциональный фон сменился — теперь от Лекса веяло застарелой тоской. Словно он уже давно с чем-то смирился, но что-то все равно его точит, как старый шрам. Что гложет тебя, золотой мальчик? О чем ты думаешь, глядя в ночное небо? На Ц-189 звезды были яркими, крупными. Они гроздьями висели на низком небосводе, казалось, протяни руку, и сорвешь полную горсть. Для Эвы они были свидетелями очередной победы. Она проходила новое испытание, придуманное следящими за ними через камеры Воспитателями, поднимала глаза кверху и понимала, что снова выжила. Сделала еще один шаг к тому, чтобы улететь с проклятой планеты-полигона навсегда. Оказавшись на Шен-Ло, звездами она больше не любовалась. Их было не видно за огнями никогда не спящего мегаполиса. — А о чем мечтаешь ты? — вырвалось словно бы само собой. Он почти не сомневалась, что услышит сейчас какую-нибудь романтическую чушь, но Лекс снова сумел ее удивить. — Понимаешь, Эва… — выдал он вдруг с тоской. — Тридцать первый век. Сегодня почти не осталось болезней, которые нельзя вылечить в течение месяца. Значение слова “бесплодие” забыто. Если гуманоид пострадал в результате несчастного случая, но его мозг остался цел — все остальное можно заменить. Да, во многом здесь заслуга и моего отца — под его руководством запустили производство лекарства от последних неизлечимых форм онкозаболеваний… Но он в упор не видит проблемы, которая вытекает в том числе из достижений медицины. Не понимаешь? Низкая смертность, высокая продолжительность жизни… При этом — все еще ограниченное количество пригодных для жизни гуманоидов территорий. Галактика только казалась бесконечной. Возможно, для первых колонистов так и было, но теперь… Ты знаешь, как живут на периферийных планетах? На тех самых, которые в свое время подавались как будущее человечества? Защитные купола, потому что внешняя среда слишком агрессивна. Еда — исключительно привозная, потому как на некоторых даже гидропонику невозможно наладить, если не использовать технологии кораблей дальнего космоса, а это слишком дорого. Низкие зарплаты — чиновникам в метрополии не хочется урезать финансирования представительских нужд. Низкий уровень образования, чтобы у их жителей не было возможности выучиться и улететь с планеты… Эва молчала. Она так давно жила на Шен-Ло, что уже и не помнила, каково это — жить не на самой благополучной планете Империи. Что касается всего того, о чем говорил Лекс… Через нее проходили террабайты информации, в том числе и о ситуации на периферии. Она могла бы много добавить к тому, что он сейчас высказал, но… У нее была собственная игра. Эва не собиралась становиться спасительницей угнетенных. Ей бы спасти себя и Анику, до остальных ей дела не было. — Я в курсе, Лекс. И понимаю, что причина в недостаточном количестве пригодных для жизни планет, а также конкуренции за них со стороны других гуманоидных рас. И негуманоидных отчасти тоже… Но что в данном случае может сделать Белое крыло? Этими вопросам должны заниматься совсем другие службы. |