Книга Объект 11, страница 49 – Евгения Аннушкина

Кажется, он дублировал то, что уже сказал ей на родном языке. Взгляд девушки приобрел осмысленность. Она открыла рот, пытаясь что-то сказать, но получилось лишь неразборчивое сипение.

— С допросами я бы не торопился, — подал голос доктор. Он уже успел подняться, держась за стену, и теперь ощупывал собственный затылок. И пожалуй, здоровье “моего” дока — он же летит на моем корабле, заведует, пусть и временно, моим медотсеком, а значит, этой мой док! — беспокоило меня куда больше, чем безымянная пока нергитка.

— Она достаточно окрепла, чтобы швырнуть взрослого мужчину через комнату, — отстраненно заметила я, наблюдая, как бережно Шиндари помогает девушке сесть в медкапсуле.

— Это стресс! — тут же вступился за соотечественницу нергит, а я вдруг подумала, что стоит внимательней подойти к выбору концентрата для пищевого аппарата. Что-то от нынешнего у меня изжога.

Ах, да. Я же сегодня еще не ела.

Ну тогда тем более.

— Сильные негативно окрашенные эмоции рефлекторно вызывают защитный рефлекс. Она никому не хотела вреда!

— Я заметил, — проскрипел Карриг и, удостоверившись, что голова цела, осторожно подошел к капсуле. Теперь девушку от меня закрывали уже две мужские спины.

— Хватит лирики, — от моего жесткого голоса Шиндари вздрогнул и медленно повернулся в мою сторону. Кажется, не только я забыла, что мы здесь не друзья. — Она может отвечать на вопросы?

Мужчины дружно сказали, что нет, но тут наконец прорезался голос у нашей раненой.

— Я все расскажу, — едва-едва слышно прошептала она. — Я благодарна вам за спасение. И готова рассказать, что знаю.

Я устроилась на привинченном к полу табурете и изобразила всецелое внимание.

Девушку звали Лайри. Она была специалистом по системам жизнеобеспечения и потому отлично знала о том, как живется станции, но почти ничего о нападении и нападавших.

— Сначала никто ничего не заподозрил. Они запросили разрешение на посадку для ремонта, мы не пришли в восторг, но разрешение дали… Тем более, что наших ресурсов хватало с избытком.

Обыкновенные, ничем не примечательные люди в черной форме без знаков различий не вызвали опасений. Из особых примет Лайри приметила только шевроны в виде черных крыльев. Черные на черном, почти не заметные.

Я медленно выдохнула.

Угадала.

Вот только собственная правота не приносит удовлетворения, лишь кислоту во рту.

— Я не поняла, как это произошло. Они ворвались в кабинет, где мы работали, стреляли… Меня задело, я упала… А очнулась уже здесь…

Девушка обхватила себя руками и сгорбилась. Писк приборов стал чаще, Карриг тут же засуетился вокруг долгожданной пациентки. Девушку было жаль, но у меня были еще вопросы.

Ответы не понравились ни мне, ни Шиндари.

— Триста? — переспросил нергит. — Вас было более трехсот?

Девушка слабо кивнула. Она побледнела еще больше и начала заваливаться набок. Док тут же выгнал нас из медблока.

Шиндари, шагая широко и нервно, вернулся в рубку и упал в свое кресло. Я молча прошла следом. Не знала, что говорить.

Тел было куда меньше трехсот. Намного, намного меньше. А зная о некоторых исследованиях Пхенга, я подозревала, куда могли деться остальные. Целая планета сверхсуществ… Разумеется, Пхенг не мог не заинтересоваться.

— Вы все можете… вот так? — попыталась изобразить рукой то, что произошло с Карригом. Получилось не очень, но Шиндари понял.