Книга В сердцах холодный лед, страница 49 – Ольга Токарева

— Козел недобитый! — ударив в злости кулачком о свою ладонь, высказалась о младшем Арвайском Симора.

Переглянувшись в изумлении, мы замолкли на некоторое время. Наша тихоня в очередной раз удивила своим красноречием.

— Четко ты подметила, назвав его упыренышем. Такой молодой да прыткий. Жену и фаворитку ему подавай. Не многовато для одного, — вставила свою лепту Хамира.

— Девочка моя. Ты, совершенно не задумываясь о последствиях, наживаешь себе врагов. Даже если никто не узнает, что ты замешана в похищении графини Одиевской, то позволь у тебя спросить. Сколько времени и где ты намерена ее прятать? — спокойным голосом спросила Кавис.

Окинув виноватым взглядом бестелесных духов и маму, пожав плечами, подхватила лежащий на диване плащ, который до этого надевала Андрия. Забрав с туалетного столика жетон, положила его в ридикюль.

— Я обязательно что-нибудь придумаю. Уану на два дня отправила в деревню к родным. Дождь практически прекратился. Мне пора ехать.

У меня едва хватило сил удержаться и при всех не согнуться от болезненного спазма. Выйдя из комнаты, прислонилась к стене и от накатившего бессилия медленно по ней сползла. Схватившись за живот, кусая губы, молча крича от расползающейся по телу боли, выламывающей кости, мысленно начала петь песню, не раз помогающую мне в трудных ситуациях. Для усмирения рвущейся на волю магии пришлось повторить куплеты песни два раза. Боль, к счастью, отступила так же быстро, как и накатила.

Тогда я еще не понимала, что уже как несколько месяцев назад одну за другой выпустила на волю свои магические стихии. А словами песни «Не может быть» закрывала их в себе, окружая мощнейшим блоком.

Сделав глубокий выдох, поднялась и, накинув на голову капюшон, направилась на выход.

Эром не думал, что я приеду, в очередной раз отправился к детям и вдовушке.

Пришлось ловить первый попавшейся экипаж, что я удачно и сделала. Выйдя из кареты, напротив главных ворот замка Арвайских заметила молодого мужчину, рвущегося пройти через калитку, но стражи упорно его не пускали.

Подойдя ближе, услышала осиплый голос высокого широкоплечего черноволосого незнакомца.

— Пропустите, прошу! Я граф Мортон Маскевский! Моя невеста — графиня Сианли Куварская. Она помолвлена со мной! Поймите. Сианли не должна принимать участие в свадебном сезоне!

— Сказано тебе! Не положено. Поди прочь!

Страж грубо толкнул мужчину. А тот, попятившись, не устояв на ногах, поскользнувшись, стал падать.

Соображала я быстро. Вовремя подлезла под руку падающего графа. И мы практически одновременно оказались в луже.

Падая, не успела изловчиться и со всего маха приземлилась на мягкое место, больно ударив копчик. Мысленно пожелав Сианли всех земных благ, истерично взвизгнув, вскочила. Ошарашено рассмотрев мокрое платье и плащ, с которого стекали грязные дорожки воды, завизжав, стала падать в обморок. Естественно, на Маскевского, уже успевшего подняться из лужи.

Почувствовав, как меня подхватили на руки, чуть приоткрыв глаза, простонала, попросив слабым голосом: — Я не смогу пережить такой позор. Надо мною все будут смеяться. Прошу. Отвезите меня домой, — и вновь закрыв глаза, откинув руку в сторону, прикинулась, что уплыла в повторном обмороке.