Книга В сердцах холодный лед, страница 137 – Ольга Токарева

Отсчитав пять золотых монет, торопливо понеслась на первый этаж. Забежав на кухню, схватила горсть конфет, задрав подол юбки, прошлась по ней пирожком, этим же пирожком прошлась по рукавам. Крылья ноздрей затрепетали от пряной выпечки. Не вытерпела, схватила новый пирожок, быстро сжевала его, запив стаканом молока, схватила еще пирожок для Атона и понеслась к нему.

Выйдя из кустов, осмотрелась по сторонам, будто не знала, куда идти. От яблони мелькнула тень, и проныра уже стоял передо мной.

— Тебя, что ли, провести к купцу надо? — чуть горделиво прошептал мальчуган.

— Меня, родненький. На вот, возьми, леди Киара монеты передала, а это тебе пирожок от меня, поди, голодный.

Пересчитав два раза монеты, тяжко вздохнув, малец кивнул головой.

— Иди за мной. Чего у тебя там еще в руках? — мальчишка придирчиво смотрел на мою руку.

— Так, конфеты. Собак боюсь до жути.

— Ох уж эти женщины! И всего-то они боятся, — бурчал Атон, отодвигая доску в заборе. Подождав, когда я пролезу, дождался собак и, накормив их моими конфетами, пригнувшись, побежал через графский сад.

До дома купца добрались без происшествий. Постучав в дверь, дождалась прихода слуги и попросила его проводить меня до Нэда Гурда по срочному делу.

Нэд оказался типичным представителем купеческой гильдии, видимой мною во множествах фильмах. Тучный мужчина лет пятидесяти с выпирающим животиком. Темно-карие глаза смотрели на меня с недоверием, когда я начала сбивчиво объяснять ситуацию, в которую попала…

— Мне-то какое дело до твоих проблем? — зло рыкнул Гурд.

От его голоса меня накрыла волна паники. В этот самый миг я поняла, что если сейчас не уговорю купца, то вся моя надежда на побег рухнет прахом. Времени придумать что-то новое и кому-то довериться уже не было.

Упав в ноги Нэда, хватаясь скрюченными пальцами за его начищенные до блеска ботинки, завыла, запричитала, словно вдова, потерявшая мужа: — Скажи, сколько денег надо. Госпожа у меня добрая, возьму у нее в долг. Только помоги. Единым прошу. Спаси дитя. Не дай душегубу измываться над родной кровиночкой.

Выла и рыдала неподдельно. У меня на кону жизнь стояла не только моя, а еще и жизнь моего нерожденного ребенка.

— Встань! — прикрикнул купец. — Говоришь, графиня добрая. Две тысячи золотом.

— Ах! — вскрикнула я, придав голосу неподдельный ужас.

— Слов своих не меняю. Я тоже рискую. А ну как кто прознает.

— А ежели я деньги принесу, а ты возьми и обмани меня?

— Слово купца. За две тысячи золотом вывезу из Марвайского государства твоего сына. Да смотри сама языком не трепли. Мужу что скажешь, когда сын из дома исчезнет?

— Так я и не вернусь к этому деспоту. Мне теперь на госпожу, почитай, всю жизнь придется бесплатно работать.

— И то верно. Ступай. Неси деньги. Парень твой пусть их принесет. Ночевать у меня в летнем доме будет. Выезжаем по утренней зорьке. Да скажи, что в дороге мне помогать будет, ткани по лавкам разносить. А есть кому встретить его в Сурманианском государстве?

— Сестра… сестра моя родная. Я ей срочной почтой письмо отправлю. Она ему и новые документы сделает, — шептала я, подхватив край юбки, вытирала ею бегущие по щекам слезы.

Купец скривился, махнул рукой, чтобы уходила.

Высморкавшись для наглядности, попятилась, кланяясь, приговаривала: — Храни вас Единый. Пусть дела ваши в гору идут. Деньги рекой текут. А дорога будет легкой и быстрой.