Книга Все это было с нами как во сне, страница 77 – Ольга Токарева

Андж хмыкнул. Ему приходилось задумываться над многими словами жены, а большую их часть домысливал по наитию. А если не понимал, то переспрашивал. Блеск азарта мгновенно вспыхивал в глазах жены, и она восторженно объясняла ему, что означают слова: ресепшен, бар, джакузи, ресторан…

— Выходит, за любую постройку нужно отстегивать королю? — решила уточнить я, уже досадуя, что задумку не удастся воплотить в жизнь.

— Нет. В новом строении не должно быть больше трех этажей.

— Три — маловато… — ответила я и призадумалась, перечеркивая в уме все наброски чертежей. — Четвертый этаж пустим под мансарду. Будут лишние комнаты, и платить за крышу не придется.

Весело рассмеявшись, Андж резко остановился от удара в грудь маленького пальчика Киары. Улыбка мгновенно сошла с его лица. Он с жалостью смотрел на свою девочку, удивляясь смене ее настроения и решительности в глазах, добавляющей ей с десяток лишних лет.

— А теперь, герцог Магарианский, повеселились и хватит. Давайте рассказывайте в подробностях о вашей поездке в Марвайское государство. И только не надо мне мямлить и бубнить: С ними все хорошо! Ты от меня словно бегаешь! Утром встаю: Герцог уехал владенья осматривать. Вечером засыпаю — опять ты где-то шляешься. А после секса мгновенно засыпаешь, как будто вагон с картошкой разгружал! Андж, ответь честно. Мой побег сильно затронул родителей?

Киара хмурилась, с пеленой слез на глазах смотрела на него, и Андж понимал, что разговора, которого он так не хотел, не избежать. Обхватив тонкий стан жены, прижал к своей груди и, тяжко вздохнув, прошелся ладонью по ее худенькой спине.

— Твои родители живы и здоровы, и это главное. Я тебе уже говорил, что твоя мама места себе не находила, не зная, где ты. Но когда узнала, что вы с Яримой отправились путешествовать, расплакалась от счастья. Киара… твоя семья в королевской опале.

В районе сердца растеклась лава боли, я всхлипнула, сильней вжалась в твердую грудь мужа, шепнув: — Это я во всем виновата.

— Ты не должна себя ни в чем винить.

Усилив захват рук, Магарианский наклонился. Закрыв глаза до дрожи в теле тонул в нежности и любви к своей девочке. Прошелся губами по шелку ее волос, так же шепнув в ответ: — У тебя не было выбора. Ты спасала себя и ребенка. И правильно сделала, что сбежала. Герцог Арвайский — жестокий человек. Для него существуют лишь его желания. Останься ты в Марвайском государстве, со временем он бы уничтожил твою индивидуальность. Убил неповторимый блеск твоих глаз.

— Ты видел его? — подняв голову, я встретилась с синевой глаз мужа и замерла, ощущая, как в ожидании ответа застучало учащенно сердце.

Андж молчал. Любовался завитушкой волос на покатом белоснежном плече жены. Протянув руку, подхватил маленькую кудряшку и медленно пропустил ее между пальцами, любуясь блеском лучей заходящего Сол в волосах пепельного цвета. Выдохнув накопившуюся напряженность, с тоской в глазах, герцог посмотрел на губы супруги, поджатые в ожидания его рассказа.

— На второй день пребывания в Сарварсе канцлер подкараулил меня возле вашего особняка и набросился с расспросами. Мы поговорили. Я не скрывал от него, что знаком с Киарой и графиней Яримой Барванской. Да и это было понятно по тому, что я поселился в вашем особняке. Но у герцога осталось много вопросов, и он пригласил меня к себе в замок.