Книга Все это было с нами как во сне, страница 4 – Ольга Токарева

— Очень весело. Бегу, куда глаза глядят, да не одна, а с маленьким чудом внутри меня. Крохотный еще совсем, две недельки.

И чего разоткровенничалась, сама не поняла. А тут еще Уфа выдумала дурить. Просунула хвост под плащ пастуха и обвила его торс. Наверно, подействовали витавшие вокруг змеиные флюиды, и она выбрала себе самца.

Незнакомец замер, смотря на меня изумленно, а я на него, мысленно крича на змею: «Уфа! Черт тебя дери! Ты что творишь?! Хочешь, чтобы он меня об землю шмякнул?».

Змеиные глаза с хитринкой всплыли передо мной и тут же исчезли. К счастью, полуоборот исчез. Пошевелив ногами, решила песней отвлечь внимание мужчины от того, что он сейчас ощутил:

«У меня судьба косолапая

У меня душа кровью капает

Не вини меня, не вини меня

Если что не так, ты обмани меня…»

Незнакомец задорно рассмеялся, а потом резко замолк и уже с сочувствием посмотрел на меня.

— И как же ты теперь одна? Люди осудят. Ребенку, да и тебе, прохода не дадут. Будут унижать, оскорблять, гадости выкрикивать.

И в эти мгновения я ощутила себя настолько беспомощной и одинокой. Вот так и подмывало спросить: «Мужчина, а вам случайно теща не нужна?». Но спросила я совершенно другое: — А ты не женат?

— Нет.

— Ты не представляешь, как мне страшно. Не за себя, за сына. Вот ты сказал, люди осуждать будут, а вот возьми и женись на мне. Ты не думай, я все умею делать: и убираться в доме, и кушать готовить, и стирать. А если у тебя дома нет, так у меня небольшие сбережения есть. Купим домик. Или выстроим там, где ты своих овец пасешь. Ты не смотри, что я без мужа и дитя под сердцем ношу. Я буду самой верной и хорошей женой. Полюбила, а меня обманули.

К горлу уже давно подступил тугой комок, не было сил сдерживать рвущихся слез. Уткнувшись в плащ незнакомца, я горько разрыдалась.

Очнулась от того, что меня бережно качают, как маленького ребенка. Присев на траву, незнакомец, прижав меня к себе, смотрел вдаль взглядом, в котором тянулась тягучая тоска.

Посмотрев на него, поняла, насколько была глупа в своем порыве найти сыну отца.

— Прости… накатило… вот и сорвалась.

Растерев ладонями на щеках слезы, захотела встать, но меня не выпустили из захвата.

— Ты у кого прислуживаешь?

Совсем не понимала, зачем он задавал мне такой вопрос, но решила ответить. Говорить, что я графиня, не стала.

— Служанкой у графини.

— А ты давно овец пасешь?

Пастух нахмурился.

— Бывает. В основном обхожу загоны, проверяю целостность его защиты. А зовут тебя как, плакса? — спросил он.

— Киара Корхарт. А тебя?

— Андж Магарианский, — представился мужчина и расплылся в довольной улыбке. — Ну что, Киара. Уговорила ты меня. Пойдем знакомиться с твоей госпожой. И просить у нее твоей руки. Родители твои, наверно, далеко.

Никогда не ощущала свою нижнюю челюсть настолько тяжелой.

— Шутишь? — изрекла через некоторое время.

— Не привык я в таких вопросах шутить. До захода солнца нужно в храме брачный обряд пройти. Так что ты там говорила на счет приготовления еды? Много чего умеешь? Я ведь покушать сильно люблю.

Где мне было удержаться. Я хихикнула, а потом залилась звонким смехом. Отсмеявшись, посмотрела на Анджа.

— О, ты даже не представляешь. Я и азербайджанскую кухню знаю и русскую, и пиццу умею делать, и пелемешки лепи… — так и замолкла на полуслове. Не ожидала от себя такого прокола. — Много чего, — промолвила и, включив эффект глупой девочки, захлопала ресницами. — Голодным точно не будешь.