Книга Брак вопреки. Холодный генерал и сладкая жизнь, страница 23 – Аннета Керн

Переулок опустел. Фонарь на углу так и не зажегся.

Айлин

Утро началось с запаха апельсиновой цедры и горячего шоколада. Мартин колдовал на кухне, напевая что-то из армейского репертуара, и я посмеивалась, прислушиваясь. Дурацкие вот эти песенки, но веселые, про девицу, которая ждала солдата, а дождалась генерала.

Да-да, похоже на меня, если бы я вообще ждала Кайруса в своей жизни. Парень прижился в кондитерской, как будто всегда здесь был, исправно выполнял обязанности, и я верила, что не только из-за нелюбви к северным заставам. Покупательницы его обожали, особенно те, что постарше.

Ох уж эти мадам с выросшими детьми и желающие романтики… А тут рыжие кудри, россыпь веснушек и белозубая улыбка юного паренька, еще и солдата с золотыми руками. Я даже подумывала поставить его за прилавок почаще - пусть очаровывает, пока я занимаюсь выпечкой.

— Госпожа Розье, крем для эклеров готов! И бисквиты поднялись, загляденье просто! - выглянул Мартин из кухни с перепачканными руками.

— Молодец. Поставь, буду собирать.

Я вдохнула аромат ванили и рома, спускаясь с лестницы. Сегодня планировала сделать несколько новых десертов на пробу, с мятной глазурью и темным шоколадом. Контраст сладости и холода, как… как кое-кто, кого я старалась не вспоминать за делами. Не будем называть вслух, а то появится, как черт из табакерки.

Колокольчик в общем зале звякнул. Я подняла голову, удивленная, потому что дверь хоть и не была заперта, но висела табличка, что закрыты.

— Сам посмотрю, все хорошо.

Обтерев наскоро руки, отправилась туда, думая, что правда призвала… на свою голову генерала, хотя в такое время он обычно занят.

Но на пороге стояла молодая женщина, лет двадцати пяти, со светлыми волосами, собранными в небрежный пучок, из которого выбивались пряди. Одета была просто и даже бедновато, в выцветшем сером платье, стоптанных туфлях, слишком легкой накидке. Но держалась она с достоинством, выпрямив спину, словно королева, по ошибке надевшая платье служанки.

Скользнула взглядом по витрине, по моему лицу и вдруг побледнела. Губы дрогнули, глаза расширились. Я даже не успела спросить, что случилось, кто она такая и зачем пришла, а девушка уже рванула к выходу, споткнулась о порог и вылетела на улицу, оставив дверь распахнутой.

— Эй! - я бросилась следом, но незнакомка уже скрылась за углом.

Я постояла на пороге, вглядываясь в утреннюю улицу. Ну не бежать же мне следом, правильно? Может, украсть хотела… Да прям, тут витрины пустые, вид не настолько беден, чтобы ради пирожного загреметь в казематы.

— Госпожа? Что-то случилось? - Мартин снова выглянул из кухни с венчиком в руке.

— Да нет… Показалось.

Я вернулась за прилавок и только тогда заметила на полу, у самой двери, сложенный вчетверо листок. Подняла, развернула.

Детский рисунок на пожелтевшей от времени бумаге удивил донельзя. Две девочки, держащиеся за руки, одна повыше, со светлыми волосами, вторая - пониже, с розовыми, как у меня. Обе улыбаются. Внизу корявым детским почерком выведено: “Лина и Айлин - сестры навсегда”.

У меня перехватило дыхание.

Лина. То самое имя из письма Марты, та самая девочка, которую я не помнила, но которая, если верить воспитательнице, была моей единственной подругой в приюте. Которую забрали странные люди и с тех пор о ней ничего не слышали. А Кайрус обещал узнать все, что только возможно.