Книга Семь причин влюбиться в мужа, страница 53 – Татьяна Абалова

Кора трогала любовника под столом босой ногой – магу казалось, девка играет, а на самом деле она предупреждала, чтобы Альерт не супил брови и вел себя естественнее. На столе в вазе вяли красные розы, на тарелке валялись надкусанные шоколадные конфеты – дорогие подарки для любимой женщины. Незаправленная постель, небрежность в наспех надетой одежде.

Позже заявились дознаватели. Не слышали ли драку и не встречали ли в коридоре подозрительных людей, но любовники мотали головами, держались за руки и беспрестанно дарили друг другу нескромные взгляды. Страсть сжигала обоих и заставляла краснеть стражей порядка.

— Мы были слишком заняты любовью, – Кора скромно опускала глаза.

— Я соскучился. Ходил на Кечкерет с торговым судном.

— Его не было долгих полгода. Вот, подарки привез, – она расправляла на коленях нарядную юбку, а дознаватель пялился на ее босые ноги и покашливал. Хороша девка. – Еще чуть–чуть и вновь покинет меня.

Пришло время, и «голубки» расстались у дверей гостиницы. Альерт направился в порт, где его ждало судно, что доставит контрабандиста в Итару к любимой жене под бочок, а Кора села в карету, которая направилась туда, куда не сунется даже самый отчаявшийся человек: в поселок черных колдунов. В изящной сумочке, подаренной Альертом, лежал завернутый в тряпицу кусочек Пира. Всего–то с ноготок большого пальца. Но Кора, знавшая теперь, на что способен магический камень, видела в нем способ возвращения Теодора. Осталось лишь заговорить Пир на вечную любовь.

* * *

Спустя всего лишь три месяца Кора стояла на ярмарочной площади, что раскинулась у стен крепостной стены, за которой прятался замок Семи водопадов. Заняв удобную позицию, она не отрывала взгляд от ворот, которые вот–вот должны были распахнуться, чтобы пропустить пышную кавалькаду – королевскую семью ждали в храме.

Еще до спуска на воду заказанного в Итаре фрегата «Жемчужина» местные мастерицы вышили флаг, а кузнецы отлили колокол с названием корабля. Его утренний и вечерний звон в храме Королевского острова будет отгонять злых духов, в каком бы море фрегат ни находился. Обряд освящения знамени по давней традиции Фарикийского адмиралтейства проходил в присутствии высшей знати.

Кора замерла, когда в показавшейся процессии она узнала гарцующего на белоснежном коне красавца.

— Тео! – выдохнула она. Белый китель, расшитый серебряным позументом, синие бриджи с серебряными же лампасами, на ремне кортик. Гордо вздернутый подбородок, лучистый взгляд, широкая улыбка – само великолепие.

— Ах, какой же наш принц красавчик! – в восторге закатила глаза молоденькая торговка рыбой и умиленно сложила руки. – Вот бы за такого замуж!

— Ишь, чего удумала, – покосилась на нее пышная телом товарка. Всего лишь минуту назад она, призывая покупателей, орала на всю ярмарку: «А кому пирогов с севрюгой?». – Ему принцесса не принцесса, а тут ты. Говорят, короли портреты своих дочерей чуть ли не каждый день шлют. Уже, поди, вешать некуда. А от тебя, как ни мой, рыбой за версту несет.

— Дай хоть помечтать, – торговка, обернувшись на свой прилавок, где в горшках копошились морские гады, печально вздохнула. – Он же моряк, ему запах моря должен быть родным.

— Вон, вон смотри, леди Литти! – толстуха толкнула локтем зазевавшуюся подругу. – Его последняя любовница.