Книга Эмпаты, страница 31 – Мэтт Каулиц

Дверца хлопнула, закрываясь. Раздался щелчок, затем приятное шипение. Кай прищурился, разглядев баночку виноградной фанты и рефлекторно сглотнул. Во рту пересохло после сна, к тому же подташнивало. Он проспал не только остаток дня, но и пропустил прием таблеток.

Кай потянулся к внутреннему карману рюкзака, но замешкался. Ночной визитер продолжал стоять у холодильника, безмятежно прихлебывая газировку. Среди эмпатов психические заболевания считались практически нормой, посещение психолога же было обязательно для всех инсайдеров (ровно как и физкультура, что никому не мешало их динамить). Но жизнь с Мёрфи вбила Каю в голову одну истину: «Если можешь казаться нормальным – будь нормальным.»

Ночной визитер в свою очередь тоже изучал новичка. Чужой взгляд ощущался как ледяное прикосновение. Холодное, изучающее и абсолютно непроницаемое. Это как минимум свидетельствовало о хорошем уровне контроля эмоций.

Кай как можно непринужденней откинулся на спинку кресла, подогнув одну ногу под себя. Он не собирался разглядывать незнакомца исподтишка, но подняв глаза все равно вздрогнул, будто его словили на подглядывании.

Взгляд у любителя фанты был абсолютно прямой, и Кай поежился от ощущения, что его сканируют. Отсюда ему плохо был виден цвет глаз: то ли голубые, то ли серые, с темной каймой по краю.

Молчание становилось все более плотным, с легким ароматом озона, какой бывает во время дождя.

Кай выжидал, легонько барабаня пальцами по подлокотнику. Ему несложно было начать общение первым при необходимости. Но на разговор из вежливости у него не было моральных сил, ничего конкретного от незнакомца ему не требовалось, а дружелюбия, чтоб ответить тем же, он не чувствовал. Он вообще ни черта не чувствовал.

Очередной глоток газировки, глаза не отрываясь впиваются в лицо Кая. Тот не выдержал первым, и, чувствуя, как внутренние барьеры начинают дрожать, отвел взгляд. Такое пристальное внимание начинало нервировать.

Он регулярно проделывал этот трюк раньше: чуть смещал угол зрения, изучая одежду или внешность собеседника. Взгляд оставался пристальным и внимательным, а голова свободно работала, анализируя происходящее или вовсе составляя планы на завтра. А главное – исчезало ощущение гляделок.

— Мёрфи.

— Что? – встрепенулся Кай, успевший полностью погрузиться в свои мысли.

Слишком темные корни волос незнакомца контрастировали с выбеленными прядями: угольные мазки на снежной белизне. Художественный беспорядок, который может сотворить либо парикмахер, либо счастливый билет генетики. Незнакомец нравился ему все меньше хотя бы тем, что Каю даже при стараниях сестры не удавалось выглядеть вполовину также привлекательно.

— Вспомнил, где тебя видел.

— Круто, – невпопад ляпнул Кай.

Уголки чужих губ дрогнули, на секунду наметив ухмылку. Стрелка «Отношение к странным типам» моментально дрогнула и скакнула на шкалу «Держаться подальше: самоуверенный ублюдок». Стильная прическа и самодовольство – сразу два красных флага для таких, как Кай.

Кончиком языка слизав капли фанты с губ, незнакомец плавным шагом подошел к креслу, вынудив Кая напряженно выпрямить спину. Медленно склонившись, «красный флаг» опасно приблизился к его лицу, делая вид, что не замечает, как объект его внимания вжался в спинку кресла, пытаясь сохранить дистанцию. Вокруг взвился легкий аромат розового перца, приятный, но абсолютно здесь неуместный. По крайней мере так близко.