Книга Эмпаты, страница 163 – Мэтт Каулиц

Бежать пришлось недалеко, все-таки эмпаты это не вышки радиостанций, и пробивают пространство едва на сотню метров. Вот только зов начал ослабевать, и Кай продолжал поиски почти наугад, ориентируясь на эмоциональное эхо. Запыхавшись, он влетел в темный сквер вдали от жилых домов, привычно ломанувшись прямо через кусты. На узкой дорожке его встретил неподвижный силуэт.

Он узнал ее даже со спины: светлая коса выбилась из-под куртки, кончик которой опоясывала зеленая голографическая лента, отражая свет фонаря. Ханна склонилась над чем-то внизу и Кай осторожно шагнул вперед, вглядываясь. А точнее, пытаясь поверить своим глазам. Нога активистки стояла на чужой шее, заставляя усомниться в дружелюбности ее действий.

Тишину разорвал короткий вскрик, вынудивший Кая нелепо дернуться: не то в попытке скрыться, не то помочь. В итоге он отверг оба варианта, застыв на месте и оставаясь безмолвным наблюдателем.

Резко выпрямившись, Ханна прижала руку лицу, задирая его вверх и поворачиваясь боком к невольному зрителю. Свет фонаря осветил красные пятна под носом эмпатки, которые та только сильнее размазала.

Крик о помощи, приведший его сюда, окончательно затих, превратившись в обычный звон в ушах. Убедившись, что кровь остановилась, эмпатка обернулась, почувствовав чужое присутствие. Кай и не пытался сдерживать эмоции, ошарашенный увиденным.

— Еще один, – хрипло пробормотала Ханна. – По моей статистике, чтоб привлечь одного эмпата эманациями другого уходит от трех до семи минут. Если в округе есть подходящая чувствительная кандидатура, конечно.

Активистка вновь склонилась над неподвижной фигурой, убеждаясь, что ее жертва без сознания. Рука скользнула по чужому лицу, приподнимая веко. Одобрительно хмыкнув, Змигродская достала из кармана блокнот и продолжила:

— Спорю, никто раньше таких исследований не проводил. Играет роль также ОЕИ, не менее тридцати, чтоб уловить эмоцию, и не менее пятидесяти, чтоб удержать сигнал, не забыть взять в расчет расстояние, технические помехи, в том числе рельефа. Институт преподает подобные формулы только аспирантам с обязательной практикой в Инспекции, но при желании и рабочих мозгах можно найти что угодно, не так ли?

«Раньше были безумные ученые, а сейчас безумные социологи?»

Вместо ответа Кай сосредоточенно продолжил изучать инсайдера у ног Ханны. Лицо казалось смутно знакомым, вероятно, они мельком пересекались в институте. Имени он не знал, значит явно не первый курс. Вокруг сознания медленно восставали барьеры, готовясь к худшему развитию событий. Змигродская резко черкнула в блокноте, обводя какие-то данные и пряча его обратно.

— Что ты от него хочешь? – настороженно спросил Кай, пропустив пункт «Что здесь происходит?» и «Отпусти его немедленно!».

«Может и зря пропустил. Потянуть время сошло бы.»

Непривычно разговорчивый внутренний голос стал обоюдоострым мечом: с одной стороны он не давал скатиться в панику от долгожданной встречи, с другой – мешал воспринимать ситуацию серьезно.

— От него? – Ханна вновь перевела взгляд на свою притихшую жертву. – Да ничего. Говорю же, исследование почти завершено. Как тебя зовут, студент?

Эмпат осторожно шагнул чуть ближе, окончательно убеждаясь, что перед ним отнюдь не безобидная пастораль. Даже в неверном свете фонаря кожа незнакомого инсайдера приобрела нездоровый бледный оттенок, на щеках виднелись влажные дорожки от слез. Глаза под закрытым веками дергались, а дыхание больше бы подошло участнику спортивного марафона: частое и прерывистое.