Книга Второе дыхание, страница 53 – Ольга Кобзева

— Тогда предлагаю обмен, — заявила преувеличенно бодро. — Ты мне рисуешь все знаки и говоришь, как какой называется, а я тебя учу математике. Идет?

— Идет. А что такое математика?

— Операции с числами. Научу складывать, вычитать, а потом и умножать. Но попозже.

Тем и занимались до темна. Букв в тирашском двадцать шесть, если Шайлас все вспомнила. Книгу бы какую-нибудь, но чего нет, того нет. Это у Корта лучше спросить, наверное. Счету Шайлас обучалась быстро, схватывала на лету. Умная девочка.

Сегодня я решила спать с ней. После долгого перерыва страшновато, но мне нужно поговорить с Реем или с отцом Шайлас, если он придет в ее «не сон». Наутро она, кстати, чаще всего не помнила того, что видела во сне. Рея, например, не смогла вспомнить. Что это? Особенность детского мозга или ее восприятия? Ведь я-то все прекрасно помнила, намного лучше, чем просто сон. Сны обычно быстро стираются из памяти, но странные «не сын» нет. Их я в точности помню и сейчас.

Настраивалась и боялась я зря. Шайлас спала без сновидений, или я по какой-то причине в них не попала. Наутро я и сама не сразу поняла, где мы. Чуть ли не впервые за последнее время отдохнула, выспалась. Разбудил смех Шайлас. Зевая и потирая глаза, двинулась в сторону кухни. Моя мышка нашла какого мелкого звереныша и играла с ним, сидя прямо на полу.

— Кто это, Шайлас? — не сдержав широкого зевка, спросила у довольной девочки.

— Жаржик. Он такой тепленький!

— Тепленький?

Присела рядом, трогая чешуйчатый бочок. Огненный! Резко отдернула руку, оглядывая пальцы. Температура звереныша огромная, градусов восемьдесят, не меньше. Полы у Корта деревянные, даже страшно стало, чтобы не загорелись. А еще звереныш какой-то… проницаемый, что ли. Или это мне так показалось?

— Шайлас, а почему жаржик? Откуда такое название?

— Горяченький потому что, — рассмеялась Шайлас.

— Он и должен быть таким горячим?

— Это же жаржик! — снова рассмеялась она.

Ага, жаржик же!

Поднялась и случайно придавила хвост звереныша. От мелкого полыхнуло огнем. Нет-нет, это не фигура речи, самым настоящим огнем. Пол тут же покрылся нагаром, резко запахло гарью. Шайлас вскочила, испуганная, тоже не ожидавшая такой реакции.

— Мама! — моя малышка подскочила, отпрыгивая от загоревшегося звереныша.

Мое тело действовало само. Это не я, это кто-то другой протянул вперед руку, словно подзывая жаржика. Дальше вышло как с тем ножом в лесу. Я просто раскрыла ладонь, и мелкая тварюшка оказалась у меня в руках. Меня огонь не жег. Поудивляться этому факту не успела, ведь в следующую секунду жаржик просто впитался мне под кожу. Был полупрозрачный звереныш и пропал. Только легкий дымок после него и вился.

Шайлас восторженно потыкала мою ладонь, на которой не осталось ни следа ожога. Если бы не видела все своими глазами, даже не знаю, поверила ли бы в такое.

— Шайлас, ты знаешь, что случилось?

— Жаржик теперь твой, — пожала она плечами, все еще рассматривая мою руку.

— И куда он делся?

— Говорю же, он теперь твой! У тебя что, раньше никогда не было жаржиков? — Шайлас так забавно подняла бровки домиком, что я прыснула от смеха.

— А вот не было! Шайлас, куда он делся?

— Вот же он!

Шайлас ткнула в бледную красноватую вязь у меня на запястье.

— Этот рисунок? Он что, забрался мне под кожу?