Книга Второе дыхание, страница 45 – Ольга Кобзева

— А что ты можешь сделать в этом странном «не сне»? — парировала, копируя издевательскую улыбочку. — Шайлас достаточно было испугаться, чтобы выбраться из этого состояния. Чего хватит мне? Злости, страха, желания оказаться от тебя подальше?

Каждую фразу я сопровождала ощутимым тычком наглому хаму в грудь.

Наконец, Рею это надоело. Он перехватил мою руку, притягивая ближе.

— Ты не сможешь отсюда уйти, пока я не позволю, маленькая айсхи! Тут я власть, запомни это! — выдохнул он мне почти в лицо.

Еще свежи были воспоминания того, как Корт хватал меня и целовал против воли. Повторить подобный опыт я не готова. И пусть Рей скорее привлекает, чем отталкивает, игрушкой ни для кого я становиться не собираюсь!

Закрыла глаза, представляя домик старухи. Топчан и одинокая фигурка Шайлас встали перед глазами, как наяву. Девочка трясла меня и просила открыть глаза.

— Нет, стой! — удивленный голос услышала краем сознания. — Стой, я тебя не отпускал!

Последние слова он прокричал уже в пустоту. Глаза я открыла в доме ведуньи.

Прошло десять дней. Шайлас почти поправилась. Малышка еще слаба, но ее уже не рвет, она больше не теряла сознания, аппетит вернулся.

Почти все это время она провела в постели, точнее, на скромном топчане в доме ведуньи, а я подле нее. Старуха, которая выходила меня, лечила всех в этом поселке. Айли Тариша, старая Тариша или даже просто айли — вот как поселковые обращаются к знахарке. Время, проведенное в доме этой женщины, научило меня многому. Но обо всем по порядку.

После того пугающего «не сна» проблем с речью у меня больше нет. Новые слова и выражения просто всплывают в мозгу, как по мановению волшебной палочки. Те слова, которые не имеют аналогов в тирашском, я произношу как есть, как привыкла, то есть по-русски.

За прошедшие дни я выяснила, что Корт действительно поселковый глава. Судя по довольным людям, поселком он управляет разумно, но вот как человек — мразь полная. Уж простите за грубость, но из песни слов не выбросишь. Он каждый день и не по разу заявлялся в дом старой Тариши, пытаясь со мной поговорить. Ларь у входа так и мешал проходу. Я его не брала, Корт тоже не забирал. Кроме этого откупа, он ежедневно приносил продукты и вещи. Их я тоже избегала. Страшно оказаться во власти этого человека из-за непонимания местных порядков.

— Что такое откуп? — спросила у старухи после очередного визита главы.

— Дань твоим родным за дочь, — пояснила она.

— Зачем? И каким родным? Шайлас?

— Нет, айсхи. Этот откуп для тебя, ведь старшего твоего рода поблизости нет.

— Что это значит? Зачем он все это делает? Зачем приносит все эти вещи, зачем ищет со мной встреч?

— Корт хочет тебя в жены, — как маленькой объяснила Тариша. — Он даже взял у служителя связующие обручи. Все в поселке об этом знают.

— У служителя? — нахмурилась. Как не выдать своего невежества и в то же время узнать то, что мне нужно?

— Да. Корт ездил за обручами в Таронг, — спокойно пояснила лекарка.

Мы со старухой первое время приглядывались друг к другу, она изучала меня, я ее. Что-то в ее отношении изменилось. Она стала относиться ко мне, как к равной. Больше не было жалости или грубости. Спокойное ровное общение, уважительное.

— Спасибо тебе, что выходила меня. Тогда, после леса.