Книга Второе дыхание, страница 108 – Ольга Кобзева

— И на тирашском тоже нет. С удовольствием ознакомлюсь с трудами древних, но сначала мне нужно освоить элементарную грамоту.

Изумленный взгляд наставника был красноречивее любых слов. Нужно отдать ему должное, айсхи быстро справился с удивлением, взял эмоции под контроль.

— Что ж, — осторожно откликнулся он. — В таком случае, нам стоит скорректировать план вашего обучения, айсхи Виктория.

Бродер и Галахер отбыли, спустя пять дней. Признаться, вздохнула с облегчением, их присутствие тяготило. Бродер, уязвленный тем, что не поддаюсь воздействию его голоса, то и дело пытался снова испытать на мне силу своего дара. А Галахер просто смотрел иногда так, что не знала, куда деться. Кажется, я ему нравлюсь, как женщина, только никаких шагов к сближению дракон предпринимать не пытался. Просто смотрел. А еще ежедневно приносил для меня из Таронга сладости, которых в приграничье не найти.

Вот за сладости благодарна, я — жуткая сладкоежка! Однако у меня ни разу не вышло поблагодарить Галахера за подарки. Каждый раз, стоило мне завести этот разговор, дракон быстро переводил тему или и вовсе уходил, обнаружив срочные дела. Ну и ладно. Все равно спасибо.

Свою работу драконы выполнили, уже спустя пять дней два каменных дома стояли, сверкая пустыми проломами окон.

Дом главы, скорее всего, займет Житар, если Корт так и не вернется, а он не вернется, — как уверил меня Родерик. По крайней мере, пока я здесь.

А вот тот, что строили для меня, я решила использовать по прямому назначению — жить в нем. Перееду, как только изготовят минимальный набор мебели и поставят печь. Житар пообещал, что закажет мебель в Таронге, а печник в поселении есть собственный.

Кроме коцалок, подворье обзавелось несколькими шкурами — так зовут мелкий рогатый скот. Их держат не на молоко, а на мясо и те самые шкуры, из которых шьют обувь и кое-какую одежду. Еще я воочию увидела ячиков — крупных козликов с лапами, как у дрязг. Оказывается, именно самочек ячиков и доят. Это их молоко я пила множество раз, принимая за коровье.

— Ква-а-арх! Ква-а-а-рх! — чуть не подпрыгнула от жуткого звука в спину.

Кажется, на моем подворье поселился еще и серетень — охранный зверь, совсем нисколько не напоминающий собаку. Серетень — что-то вроде одомашненного рохлира. Серетни легко поддаются одомашниванию и хорошо запоминают, кто свой, кто чужой, что делает их просто незаменимыми охранниками. В таком маленьком поселении эти животные, собственно, охраняют не добро от соседей, а поля или подворья от диких зверей, которые нет-нет, а могут выйти из Проклятого леса. Буду называть тебя «квархик», — решила я, все же опасаясь подходить к пугающему зверю слишком близко.

За пять дней я неплохо продвинулась в освоении своих возможностей. Читать, зная основы, уже умея на другом языке, тоже удалось научиться быстро, что откровенно радовало Родерика. Наставник, кроме работы со стихиями, стал рассказывать мне про устройство Тираша. А когда понял, что мне и устройство остального мира незнакомо, крякнул, но расширил образовательную программу.

— Как вышло, айсхи Овареш, что айсхи Лориош не надел венец власти после смерти отца? Почему символ правления перешел к другому роду?

На эту тему мы еще не говорили, я изо всех сил давила любопытство, но, как видно, не справилась.