Книга Посвящение в бывшие, страница 65 – Анастасия Феникс

Вторая его рука, с лёгкостью оттянув пояс моих штанов, поползла вниз, но, слава Богу, не под белье. Остановившись на границе между бедром и промежностью, он холодно посмотрел в мои глаза, ошпарив такой разницей между своим взглядом и действиями.

— Как ты мило краснеешь, — усмехнулся он, скользнув ниже, между ног и проведя пальцем по немного влажному белью. От стыда я закрыла глаза, — и как мило прячешься от действительности...

Отогнув край белья, он пальцем раздвинул немного влажные лепестки и провел между ними пальцем, заставив меня дернуться от этих ощущений. Приятных, стоит отметить. Крайне медленно он двигал пальцем в разных направлениях, то и дело задевая клитор и обводя его пальцем, будто изучая и проверяя мою реакцию на его прикосновения. Костеров будто играл на мне, как музыкант на музыкальном инструменте, пробуждая новые, совершенно не знакомые ощущения. В какой-то момент я сдавленно застонала, положив свою руку поверх той, что была на моем горле.

— Наконец-то, — удовлетворённо хмыкнул Костеров, усилив напор и увеличив скорость, заставляя все тело напрячься и сконцентрироваться в том месте, на его руках, что так бесстыже ласкали меня, заставляя ноги подгибаться, — Саша... - я чувствовала, как удовольствие проникает в каждую клеточку тела, заполняя все собой и вытесняя стыд. Как ломались мои принципы, уступая место низменным, первобытным желаниям. Уже не стесняясь, я стонала и подмахивала ему бедрами, забыв обо всем на свете. Был только этот момент. Момент, когда я могла забыть о том, ктояи ктоон. О той пропасти, что была между нами.

— Костеров! — застонала я в голос, а после задрожала всем телом от наступившего оргазма и повисла безвольной куклой в его руках. Подождав пару минут, он сел на стул, а меня усадил к себе на колени, все ещё не меняя позу.

— После этого можешь звать меня Костей, — тихо шепнул он и задвигал пальцами снова, только уже более резко и быстро, убрав нежность. Теперь была лишь похоть, которая витала в воздухе и проникала в нас обоих, отравляла собой разум, заставляя желать большего.

— Стой! — громко вскрикнула я, когда он ввел в меня сразу два пальца, — Прекрати! Давай остановимся!

— И правда девственница, — тихо шепнул он мне на ухо, а после вытащил пальцы, — это ведь совсем невинно, Горбунова. Это ничто по факту. А я могу показать намного больше. И не только классику. И не только руками... - не сразу поняла намек, а после отвернулась от него, когда дошло.

— Я... Я не... Я думала... - голос срывался и не слушался.

— Думала, что таким никто не занимается, да? Хах, спешу тебя расстроить — все, кому девушка нравится, получают удовольствие от ее стонов и от того, как она кончает. Остальные — дерьмо, которое надо выкидывать, — я поджала губы, все ещё не смотря на него, — и мы обязательно это попробуем.

Вытащив свою руку из моего белья он показательно облизнул ее, а после поцеловал меня с языком, будто завершая все произошедшее, будто клеймя меня.

Вздохнув, слезла с его коленей и достала из холодильника бутерброды, которые поставила на стол, а после, взяв свои грязные вещи, включила стиралку, стараясь себя занять хоть чем-то.

Так... Не должно было быть... Так не должно было получиться...

Но корить себя уже поздно и бессмысленно. Это было. И это повторится. Просто потому, что Костеров такой же отбитый, как и я, потому, что он кажется мне родственной душой. И сколько бы я не сопротивлялась, сколько бы не отнекивлась, я все равно окажусь под ним, раз позволила случиться тому, что было сейчас.