Книга Вопреки, страница 87 – Анастасия Феникс

— Ну как-то же ее нашли, — пожал плечами князь, все ещё смотря в потолок. Так ему было проще думать. Думать над тем, какой он идиот.

— Вениамин, не могла она... — Марика скривилась, а после застопорилась и, громко щёлкнув пальцами, привлекла внимание Огинского. Сев нормально, он повернул голову в ее сторону и посмотрел на изумрудное обтягивающее платье, которое совершенно не влияло на ее привлекательность. Нет, определенно в Марике было что-то, что манило, но это все сопровождалось такой порцией желчи, яда, ненависти и жажды власти, что Боже упаси! — Венечка, а, Веня, а ведь единственным, кто мог бы внести правки в ее захоронение был ты, — сказала она, усмехнувшись, а Огинский мысленно усмехнулся, однако, лицом он остался таким же, чтобы не подтверждать ее опасения, — Княяяязь, — протянула она, мерзко улыбнувшись, — Скажи... Скажи пожалуйста, что ты случайно что-то поменял и не сказал мне, что ты испугался...

— Кто ты такая, чтобы я тебя боялся? — рассмеялся Огинский, заполнив все помещение своим смехом, а Марика остолбенела. Нет, он же не мог предатьих, их...

А были ли когда-нибудь "они", или всегда была "она" и был "он", всегда порознь? Было ли между ними хоть что-то? Марика смотрела на лицо Огинского и понимала, что ответ прост до невозможности, но при этом очень ужасен... Она никогда не была ему нужна!

— Князь! — вскрикнула она, топнув ногой, — Да ты... Послушай, неужели ты отказался от всего именно в тот момент, когда мы так были близки к власти, когда я бы дала тебе все?!

— Я уже давно не князь, — холодно отчеканил он, не смотря на нее и вновь переведя взгляд на потолок, — а вообще, я тут подумал, что если бы я был с ней, то у меня бы уже была и власть, и... - он нахмурился, пытаясь придумать, что "и", но в голову ничего не приходило, вернее, приходило, но оно было слишком личным.

— Вениамин, — голос Марики стал каким-то заискивающим, просящим, что заставило его поморщиться, а сама она села рядом с ним, положив руку ему на колено, — почему она? Почему не я? — он перевел взгляд на нее и попытался овтетит сам себе на этот вопрос, но не мог. Почему он хотел предпочесть Анну Марике? — Ты... Ты же ее любишь!.. — в голосе вампирши слышалось неверие.

— Нет, я не люблю ни ее, ни тебя тем более. Я люблю лишь себя, — буквально зарычав, Марика наклонилась к нему и поцеловала, а князь машинально чисто механически начал отвечать. Рука сама легла на молнию зелёного платья и потянула ее вниз, пытаясь предотвратить назревающую истерику. Однако, больше всего на свете он хотел, чтобы это все закончилось и она просто ушла и оставила его одного. Он ее не хотел. Она не была ему нужна.

— Посмотри мне в глаза, — тихо прошептала Марика, на удивление отстранившись всего лишь через минуту. Огинский послушно их открыл, смотря в ее, в которых стояли слёзы, — Поцелуй меня... Поцелуй так, как целуешь ее.

Внутри Огинского будто что-то взорвалось. Зарычав, он схватил ее за волосы и оттянул от себя, смотря на ее насмешливую улыбку.

— Не смей путать себя и ее. Ты и рядом не стояла!

— Как?! Почему ты влюбился именно в нее?! — закричала она ему в лицо.

— Ты ещё спрашиваешь? Столько же лет просила спать с ней! Только вот я ее не люблю! — князь не знал, что он бы сделал с Марикой, а сделать он хотел многое. Спасла его Анна, которая, вероятнее всего открыв дверь с ноги, вошла внутрь.

Статная и красивая, именно та, которую он хотел. Именно та, ради которой он хотел бросить все и просто уйти, чтобы больше не портить ей жизнь. Потому что она достойна искренней любви, она ее заслуживает.

"А может и правда, я люблю ее?" — хмыкнул он мысленно, смотря в жестокие и разгневанные глаза... Любимой?