Книга Сердце дракона, страница 48 – Надежда Паршуткина

— А я смотрю, здесь бывает весело! – сказал Эрл и мы все рассмеялись.

А потом я остановился. Меня прошибло током. Этого не могло быть. Мне показалось. Я развернулся и пошел к камере, чтобы расслышать этот голос. Эту песню. Я слышал ее уже, тогда в таверне, когда впервые увидел ее.

— Филу понравилась певица? – снова сказал Эрл.

А я остановился у камеры. Это не могло быть правдой! Наталья? Она сидела на кровати и пела осипшим голосом, периодически кашляя и продолжая петь дальше. Я не верил собственным глазам.

— Наталья? – позвал я ее. Она не сразу, но повернула голову в мою сторону. Улыбнулась.

— Филиан, как я рада тебя видеть! – и она снова запела. Я стоял как вкопанный.

— Что произошло? Почему ты здесь? – но она продолжала петь, словно не слышала меня. Я взглянул на решетку, по ней проходила магия. Я развернулся и пошел в другую сторону.

— Фил? – позвали парни.

— Идите без меня! У меня дело! – И я побежал по длинным коридорам.

Я вбежал в кабинет Гренделя. Тот стоял с рядовым и что-то ему втолковывал.

— Как она здесь оказалась? – тяжело дыша, спросил я.

— Фил ты не вовремя, – отмахнулся от меня он.

— Какого черта она сидит в камере? – рыкнул я. А сам сжал кулаки. Спокойно! Только спокойно! Вдох-выдох. Дракон внутри меня успокаивался. Грендель увидев мое состояние, отослал рядового. И спросил: – Ты о ком?

— Наталья! – я увидел недоумение на его лице, – Человеческая девушка из другого мира. Которая жила у Виолетты. Почему она здесь?

— Аааа! Черт! Я совсем о ней забыл! – сказал он, – Она больше не живет у Виолетты. Она взорвала половину их дома.

— Она? Взорвала? Ты себя слышишь?

— Да. Именно она! В ее спальне нашли взрывчатку.

— Бред какой-то! Этого не может быть! Она ждала, когда Чарльз сделает портал чтобы вернуться обратно.

— Ну видно она решила не возвращаться.

— Таким оригинальным образом?

— Ну кто их этих смертных поймет.

— Выпусти ее! Она не причем!

— Ну да! А сам ты много преступников выпустил?

— Сколько она уже здесь? – боясь ответа, спросил я.

— Две недели.

— И когда будет суд?

— Через недельки три.

— Выпусти ее! – снова начал я.

— Куда? Обратно к Виолетте?

— Она никого не убила, пострадало лишь имущество. Ты можешь ее отпустить?

— Да! Вот только некуда мне ее выпускать. На улицу же я ее не отправлю.

Я сел за его стол и стал писать. Он же вскинув бровь, наблюдал за мной.

— Фил, ты уверен? – спросил он, читая.

— Да! Под мою ответственность! В мой дом! Выпускай! – сказал я, вставая и направляясь к выходу, но Грендель стоял на месте. – Пошли! Сейчас выпускай! – приказным тоном сказал я, и он пошел за мной.

Когда мы подошли к ее камере, она продолжала петь. Грендель провел рукой у решеток и произнес заклинание, дверь камеры отворилась.

— Фил, я бы не советовал. По-моему она не в себе, – сказал он мне, глядя на Наталью.

Я зашел в камеру сказал, что мы идем домой, но она не реагировала. Я дотронулся до нее. Она вся горела, и пела в бреду. Я взял ее на руки, прижал к себе. Меня била дрожь в страхе за нее.

— Если она умрет, тебя я убью первым! – ледяным тоном сказал я, выходя из камеры. Наталья прижалась ко мне, замолчала и закрыла глаза.

Выходя из здания, я остановился. Чем ее укрыть пока мы будем ехать? Пришлось ловить солдата и отправлять его за одеялом. Укутав Наталью в одеяло, мы сели в карету. В себя она не приходила. Еще и дом у меня в самом конце города. Пока ехали на меня накатила усталость, тянуло спать. Несколько раз я зевнул. Странно! Раньше я такого за собой не наблюдал, даже когда не спал сутками.