Книга Богатырский ретрит, страница 11 – Елена Яр

— Но, согласись, — заметил он, — физически мужчины сильнее женщин.

С этим спорить было бы глупо.

— Согласна. Но значит ли это, что все девицы должны по домам сидеть и приданое готовить? А если им другого хочется?

— Ну, раз хочется…

Он откинулся на стенку позади лавки в расслабленной позе, а я испытала некое раздражение: что-то он излишне спокоен в моей избе. Баба Яга или кто?

— Ну вот и вернулись мы к тому, что поленицам надо самим друг друга учить, раз других учителей не находится, — чуть резче, чем планировала, сказала я.

— Ну, теперь у вас есть я. — Гордей ухмыльнулся.

С трудом подавила желание огреть его чем-нибудь тяжёлым: видать, умение бахвалиться богатыри впитывают с молоком матери. Надо этим самым матерям на сносях что-то другое есть, чтобы не только эго у детей росло, а ещё и ум. Очень хотелось ему поумерить спесь. Хоть сама в бой с ним вступай!

На пол сверху резко спрыгнул кот. Элегантным он никогда не был, и каждый раз прыжок сопровождался таким грохотом, словно падал мешок с камнями. Даже богатырь дёрнулся и потянулся за мечом.

— Это Мрак, — представила я.

Чёрный кот перевёл презрительный зелёный взгляд на Гордея, наглядно демонстрируя и всё своё пренебрежение, и дурноту характера.

— Мрак? — Мужская рука вернулась на стол.

— Угу, Мрак Васильевич, если точнее. Поначалу рекомендую к нему так и обращаться, по имени-отчеству. Потом, если он позволит, сможешь сократить до одного «Мрака».

— В смысле «позволит»? — изумился богатырь. — Это же кот.

— Ну, удачи в осознании своих ошибок. — Я пожала плечами.

Кот надменно фыркнул и повернулся к нам задом. Направившись к миске, он изучил её содержимое, похоже, остался недоволен, посему отчалил за печь, где у него был лаз в подвал.

— Ещё вопрос у меня есть, — сказал Гордей. — А почему у тебя дверь в навь нараспашку открыта была?

Я вздохнула.

— Так это тоже способ учёбы. Ты же видел — мы сидели кругом, каждая с оружием. Ежели кто оттуда к нам выйти захотел, мы б его встретили.

— То есть это специально, чтобы приманить навь?

— Конечно. Не думаешь же ты, что я так беспечна, что просто забыла дверь открытой? И потом, чему ты удивляешься? Сам же по той стороне шёл, чудищ искал, сразиться хотел. Мы были заняты тем же.

— А ты не боишься, что выйдет кто-то вам не по силам? — Гордей прищурился, внимательно глядя мне в лицо.

— Ну, во-первых, мы видим кто выходит, и только тогда определяем, кому выпадет этот урок. Недостаточно сильным девчонкам не разрешается брать большую навь. А во-вторых, не забывай, что в это же время на поляне нахожусь я.

— И ты с кем угодно справишься? — недоверчиво уточнил он.

— Не с кем угодно, но с большинством. — Я не стала рассказывать про равновесие, которое любая Яга должна соблюдать. И что я, можно сказать, ходила по краю, сильно рискуя, но пока удавалось не сорваться в пропасть. — На той стороне моей избы висит предупреждение — дверь открыта не в качестве приглашения. И если кто с навьей стороны решит в неё войти, вся ответственность за последующие события лягут полностью на его плечи. Или зубы. Или щупальца…

— Умно, — похвалил богатырь.

— Ещё бы, — хмыкнула я. — Любая баба Яга умна и хитра. Так что не расслабляйся, Гордей. Целее будешь.

Сумерки уже подкрадывались на подворье из глубин леса, когда Гордей вдруг подал идею не откладывать науку на потом и прямо сейчас устроить небольшую разминку. Я бы, может, и осадила его пыл, но предложение прозвучало за ужином, когда все сидели в кругу и ели кашу, то есть во всеуслышание.