Книга (не) Случайная для дракона, страница 54 – Алиса Меру

Я не дышала.

Он тоже.

Потом — медленно, как будто это стоило усилий — убрал руку. Отступил на шаг. Один только шаг — и то будто через силу.

— Завтра, — сказал он. Голос чуть другой чем обычно. Чуть глубже.

— Завтра, — согласилась я.

Он пошёл к двери. Остановился у порога — спиной ко мне. Широкие плечи под тёмной тканью, растрёпанные волосы.

— Саша, — сказал он.

Я замерла.

Он назвал меня Сашей. Первый раз. Не Эвелин — Сашей. Тихо, почти себе, как будто проверял как звучит.

Обернулся.

Смотрел на меня долгую секунду — с тем выражением которое я видела впервые. Открытым. Без контроля. Без брони.

— Завтра, — повторил он. Как обещание.

И вышел.

Дверь закрылась.

Я сидела в кресле и не двигалась.

Там где он коснулся щеки — тепло которое не проходило. По-настоящему горячее, живое, его.

Саша, — сказал он.

Он знает. Или догадался. Или почувствовал — его огонь чувствует раньше чем он сам.

И всё равно — завтра. Как обещание.

Я смотрела на огонь в камине — ровный, тёплый, его огонь который остался в комнате даже после того как он ушёл. Как будто часть его была здесь. Как будто не совсем ушёл.

Я устал врать себе, — сказал он.

Я тоже, — сказала я.

Стены которые я строила восемь лет — с детского дома, с Антона, со всего что научило не подпускать — они были там. Я их чувствовала. Но впервые за очень долгое время я смотрела на них и думала — а что если убрать. Не потому что надо для ритуала. Просто — что если.

Что если позволить.

Огонь потрескивал.

За окном в снегу — огромные следы. Драконьи. Он был там до того как пришёл ко мне — стоял во дворе и смотрел куда-то вдаль и снег падал на тёмную чешую.

И потом пришёл.

Завтра, — сказал он.

Завтра, — пообещала я себе.

Легла. Закрыла глаза.

Иней не появился.

Магия была — тихой. Тёплой. Как будто успокоилась.

Как будто тоже ждала завтра.

Каэль

Он не спал.

Лежал и смотрел в потолок и думал о том что надо бы наконец спать. Что завтра тренировка, донесения с севера, печать требует внимания. Думал об этом ровно столько сколько нужно чтобы понять — думает совсем не об этом.

Его огонь тянулся через стену. Настойчиво, без его участия, как всегда в последние недели. Раньше раздражало. Сейчас тоже раздражало — но по-другому. Не потому что мешало. А потому что он понял наконец что больше не собирается с этим бороться.

Слишком долго был терпеливым.

Встал. Пошёл.

Саша

Я почувствовала его раньше чем он открыл дверь.

Тепло в коридоре — нарастающее, направленное. Его. За три недели научилась отличать от просто тёплого воздуха. Это было неудобным знанием из тех которые появляются незаметно и потом никуда не деваются.

Дверь открылась.

Каэль вошёл. Закрыл за собой — как хозяин, не как гость. Осмотрел комнату спокойно — меня в кресле, книгу, свечу. Посмотрел на меня.

Ничего не сказал.

Просто смотрел — с таким выражением от которого у меня что-то сдвинулось в груди. Янтарь в глазах живой, тёплый. Без извинения за то что пришёл. Без объяснений.

Я поняла что объяснений и не будет.

— Каэль, — сказала я.

— Что.

— Уже поздно.

— Знаю.

— Ты должен быть в своих покоях.

— Должен, — согласился он. И не двинулся с места.

Я смотрела на него. Он смотрел на меня.

В этом молчании было что-то — что-то что началось ещё на той ночной тренировке, или раньше, или с первого дня когда он вошёл и она попросила воды. Что-то что накапливалось три недели и сейчас стояло между ними в тёплом воздухе комнаты и требовало названия.