Книга (не) Случайная для дракона, страница 41 – Алиса Меру

Он прошёл к столу. Сел. Взял документы.

Но не читал.

Сидел и смотрел перед собой.

Я смотрела на него — на прямую спину, на руки которые лежали на столе неподвижно, на тёмные волосы. На то как он сдерживался — физически, видимо. Как в нём что-то работало — методично, аккуратно, болезненно.

Рэн говорил, — вспомнила я. — Он не умеет чувствовать. Только анализировать.

И сейчас анализирует.

И скоро придёт к ответу.

— Каэль, — сказала я тихо.

Он поднял взгляд.

— Когда будешь готов, — сказала я. — Я расскажу. Всё. Сам

— Ладно, — сказал он.

Одно слово. Без интонации.

Но что-то в нём — совсем маленькое — чуть отпустило.

Я вернулась к книге.

Он вернулся к документам.

Мы сидели так ещё час.

Молча. Рядом. В библиотеке которая пахла старой бумагой и воском и чем-то смолистым — им.

И это молчание было — другим. Не холодным, не напряжённым.

Просто — двое людей в одной комнате.

Которые оба знают что скоро нужно будет говорить.

И оба пока не готовы.

Вечером, когда я уже возвращалась в свои покои, в конце коридора меня ждал Рэн.

Прислонился к стене — руки скрещены, улыбка, светловолосый, в тёмно-зелёном камзоле. Смотрел на меня с таким выражением — знающим.

— Лекарь приходил, — сказал он. Не вопрос.

— Да.

— И что?

— Ничего, — сказала я.

— Эвелин.

— Рэн.

Он смотрел на меня. Потом — серьёзно, без улыбки:

— Каэль думает, — сказал он. — Я видел его лицо за ужином. Он думает — и это опасный знак. Когда он думает вот так — всегда что-то меняется. — Пауза. — Ты готова к тому что изменится?

Я смотрела на него.

Готова ли.

— Не знаю, — сказала я честно.

Рэн кивнул. Медленно.

— Это честный ответ, — сказал он. — Лучше чем да которое неправда.

Я смотрела на него — светловолосый, серо-зелёные глаза, улыбка которой сейчас не было. Рэн без улыбки был другим. Старше. Серьёзнее.

За лёгкостью — своя тайная история, — вспомнила я. — Промпт говорил.

— Рэн, — сказала я. — А ты? Ты готов к тому что изменится?

Он моргнул.

Потом — медленно, задумчиво:

— Это зависит от того что именно изменится, — сказал он. И добавил тише: — Некоторые вещи я уже жду давно.

Я хотела спросить что именно.

Не спросила — по его лицу было видно что не время.

— Спокойной ночи, Рэн, — сказала я.

— Спокойной ночи, — сказал он. — И Эвелин. — Я остановилась. — Иней сегодня ночью — постарайся без него. Холодно.

Я смотрела на него.

— Откуда ты знаешь про иней.

— Я дракон, — сказал он просто. — Мы чувствуем магические выбросы.

— Ты тоже дракон.

— Удивлена?

— Нет, — сказала я. — Просто забыла.

Он улыбнулся — наконец, но по-другому. Тихо.

— Все забывают, — сказал он. — Я стараюсь.

Я пошла дальше по коридору.

Думала про Рэна — про то что за улыбкой. Про Каэля — про то что он думает сейчас в своих покоях. Методично. Аккуратно.

И про то что завтра — тренировка.

И что завтра расстояние между нами на тренировке будет — другим. Уже другим. Потому что лекарь пришёл и сказал своё слово и теперь что-то изменилось.

Необратимо.

За окном — тихо.

Печать молчала этой ночью.

Но трещина в камне — я знала это — стала ещё чуть шире.

Саша

Утром я увидела их в саду.

Случайно — шла через галерею, окна выходили во внутренний сад, я просто посмотрела вниз.

Лира и Каэль.

Она что-то говорила — оживлённо, с жестами, светлые волосы слегка растрепал ветер. Каэль стоял рядом — руки за спиной, слушал. В тёмном камзоле, прямой, закрытый как всегда. Но рядом с ней — чуть другой. Чуть менее напряжённый. Как человек который рядом с кем-то одним в мире позволяет себе не держать всё.