Книга Ураганные войны, страница 112 – Теа (Тея) Гуанзон

«Возможно, гнев все-таки не иссяк», – мрачно заметила Таласин. Она понадеялась, что ненависть к его королевскому дурейшеству перевесит оцепенение. Это было неоднозначным даром, но она примет его.

Со скрипом они согласовали расписание тренировок. В течение следующих двух недель по утрам Аларик и Таласин должны были присутствовать на брачных переговорах, а днем – практиковаться в эфиромантии. Если бы переговоры завершились до затмения, они бы тренировались целыми днями.

Поскольку Таласин, естественно, была не в настроении разговаривать со своей бабушкой, Ишан Вайкар уговорила за нее королеву Урдую перенести «клетки» сариманов подальше от сада орхидей, который соединял покои лахис’ки и императора Ночи. Атриум находился в более проходном месте, и Таласин не хотела, чтобы на нее изо дня в день глазели.

В первый день после грандиозного провала перед ахимсанскими заклинателями Таласин пришла в сад орхидей раньше Аларика.

Почему она нервничала? Откуда эти бабочки, порхающие глубоко в животе? Она подумала о вчерашнем дне, о сильных руках, обхвативших ее, о пухлых губах у ее щеки, об аромате пряностей и леса. Она подумала о том, как он почесал подбородок, улучив редкий момент, когда на него никто не смотрел. Ее потрясло, что император Ночи, темный воин, которого она встретила на льду, оказался способным на столь человеческий жест. Это заставило ее задуматься, не скрыто ли нечто большее за его бременем титула и смертоносной точностью в бою.

Таласин думала об этих вещах, но не понимала, почему думает, почему они настолько не дают ей покоя. Если бы Каэда была рядом…

Нет. Каэда отругала бы ее за эту странную реакцию на Аларика Оссинаста, как и Вела, и все остальные товарищи. Таласин с нетерпением ждала, когда снова сможет встретиться с остальными сардовийцами, не только чтобы обсудить с Велой мешающий их планам брак, но и чтобы лично убедиться, что там, на Оке Бога Бури, у всех все в порядке.

А еще узнать – она надеялась на это вопреки всему, – связалась ли с ними Каэда и благополучно ли добралась с ребенком до них.

Таласин вознамерилась поплыть к островам Сигвад при первой возможности. Из Эскайи полет на корабле занял около шести часов, и пересекать ветреный пролив было рискованно, особенно из-за постоянной угрозы Завихрения, но, если удавалось раньше, удастся и теперь. Нужно лишь поймать момент.

Яркие лучи раннего полуденного солнца залили сад орхидей. В попытке отвлечься хотя бы ненадолго Таласин решила покормить рыб, которые жили в водоеме. Она полезла в сумку, которую взяла с собой из комнаты, когда переоделась после переговоров и скребком избавила лицо от косметики. Достав горстку шариков и разбросав по поверхности воды, которая тут же покрылась сверкающими чешуйками и плавниками и рассыпалась рябью цветной дымки, Таласин мысленно улыбнулась. Она точно знала, что икан’пла всегда поднимут ей настроение. У каждой симпатичной рыбки был уникальный, ярко выраженный характер и повадки, и они знали ее только как свою кормилицу, а не как спасительницу мира и будущую правительницу. Непринужденность общения с ними успокаивала душу.

Краем глаза Таласин уловила шелест чего-то черного, и в сад вошел Аларик. Сначала девушка не обратила на него внимания, упрямо не сводя взгляда с икан’пла. Его шаги были неуверенными, как будто кто-то заставлял его идти к ней, хотя он знал, что лучше этого не делать. Нарушитель спокойствия сел на каменную скамью рядом с Таласин, которая стояла на коленях в траве, и сделал это осторожно, словно враг, забредший глубоко на чужую территорию. Что было не так уж далеко от истины: лахис’ка недвусмысленно дала ему понять, что это все еще ее территория.