Книга Сезон штормов, страница 172 – Теа (Тея) Гуанзон

…и, вздрогнув, обмяк, выронив мушкет. Из живота человека торчало острие меча. Потом клинок извлекли, и мертвец рухнул на пол, явив взору Таласин капитана королевской гвардии.

— Где мой отец? – выкрикнула Таласин, когда Налам Гао помогла ей подняться на ноги.

Остальные противники, приближающиеся со всех сторон бального зала, были перехвачены другими лахис-дало, и воздух наполнился звуками яростной схватки.

— Принца Элагби увела охрана, – ответила Гао. – Он уже на пути в Эскайю, вместе с Захией-лахис. Солдаты замка были отравлены, ваша светлость. Нападающие окружили бальный зал. Нам нужно выбираться отсюда. Будем прорываться с боем.

— Легче сказать, чем сделать, – пробормотала Таласин.

Лахис-дало было всего десять, а убийц – несчетное множество. Большинство гостей вечеринки бежали в панике, запрудив выход, но некоторые остались, прячась за мебелью или застыв от страха у всех на виду.

И Таласин пришла к решению.

— Цзи и еще несколько человек прячутся у окон, – сказала она Гао. – Отведи их и прочих гражданских в какое-нибудь безопасное место.

Гао побледнела.

— Лахис'ка, мой долг…

— Это приказ, капитан.

И, прежде чем Гао успела возразить, Таласин отскочила от нее и побежала к Аларику, чтобы сражаться с ним рядом.

После дуэли с Сураквелом Мантесом Аларика как-то не слишком тянуло еще разок пофехтовать ненаварским мечом. Но одна из телохранительниц Таласин бросила ему свой клинок, а сражаться хоть и неудобным, но оружием все-таки куда лучше, чем голыми руками.

Теоретически меч должен был быть эффективнее и того, что использовала Таласин, но это оказалось не так. Жена подобрала где-то отломанную ножку стола и теперь орудовала ею как импровизированной дубинкой, что, пожалуй, заставило бы Аларика задуматься, не бейся он сейчас за свою жизнь. Как она мозжила черепа и коленные чашечки, какие удары наносила в животы, как загоняла врагов в тупик…

Его жена дралась, просто дралась, безо всякой эфирной магии.

Аларик боднул противника лбом, разорвав чужую хватку, и оба они, взвыв от боли, отпрянули друг от друга. Когда черные точки перестали вертеться перед глазами, первым, что увидел Аларик, было изумленное лицо Таласин.

— Интересно, где ты этому научился? – ухмыльнулась она.

В ответ он оскалился:

— Я учусь лишь у лучших.

Повернувшись к разбитым окнам, Аларик, глядя поверх головы Таласин, заметил одно из малых боевых судов Иантаса. Шлюп скользил вдоль замка, его квадратные синие с золотом паруса поблескивали на воне черного бархата неба.

За штурвалом стоял Элагби.

Таласин проследила за взглядом мужа, и челюсть ее отвисла:

— Он ведь должен быть со своей охраной!

Принц Доминиона, по-прежнему в маскарадном костюме крокодила, вел огонь из корабельных арбалетов по чему-то, находящемуся на террасе. И это «что-то» взорвалось. Точно такой же взрыв Аларик видел, когда во время тренировок дестабилизировался усилительный контур. И еще – в Ночь Пожирателя миров. Множество огненных солнц полыхнули разом, и с этими яростными вспышками…

…вернулись Врата Теней.

Глаза мужа сверкнули вдруг серебром, и Таласин, не нуждаясь в иных предупреждениях, мигом создала заслон. Светополотно, обжигающее, густое, хлынуло из нее, обращаясь золотистым щитом, задрожавшим и заискрившимся в руках под волнами разбивающейся о него магии тени, поглощающей ближайших противников. Крики умирающих смешались с утробным ревом эфирного пространства в скрипучей пародии на игру оркестра.