Книга Мой любимый Наставник + Бонус, страница 39 – Эва Лун, Ирис Вельс

— Я справлюсь, — попыталась возразить я, но голос предательски дрогнул.

— Справишься? — Кайден издевательски выгнул бровь, делая еще один шаг, заставляя меня инстинктивно вжаться лопатками в тяжелую дубовую дверь. — С чем ты справишься, Спарк? Ты обладаешь магией Жизни. Это созидательная, а не разрушительная сила. Твой резерв колоссален, но твой контроль ничтожен!

Он оказался вплотную ко мне. Ледяная ярость, исходящая от него, буквально обжигала кожу.

— Ты не можешь удержать базовый ментальный щит дольше десяти минут! — прорычал он, склонившись к моему лицу, его руки с силой оперлись о дверь по обе стороны от моей головы, отрезая пути к отступлению. — Ты превращаешь простейшее зелье концентрации в магическую бомбу, потому что не справляешься с собственными эмоциями! Как ты собираешься бороться там?! Что ты будешь делать, когда на арену выпустят гончую Бездны? Накормишь её ореховыми рогаликами?! Вырастишь ей венок из одуванчиков?!

— Я буду сражаться! — выкрикнула я, чувствуя, как от его уничижительных слов внутри тоже вскипает злость, смешанная с отчаянием. — Я не безнадежна! И я буду не одна, со мной в паре идет Роуэн!

При упоминании имени воздушника лицо Кайдена исказила поистине демоническая гримаса. Температура в комнате упала еще на несколько градусов.

— Значит, мальчишка-воздушник, — процедил наставник сквозь плотно сжатые зубы. — Идеальный план самоубийства, Спарк. Просто блестящий. Двое первокурсников против боевых магов и тварей.

Он резко отстранился от двери, отворачиваясь от меня, словно один мой вид приводил его в бешенство, и нервно провел рукой по своим идеальным волосам.

Кайден замер, глядя в окно. Грудная клетка тяжело вздымалась под тканью черного камзола, но с каждым вдохом ледяная аура вокруг него уплотнялась, загоняя ярость глубоко внутрь. Когда он снова повернулся ко мне, на его лице не осталось и следа от недавнего бешенства. Только непроницаемый, пугающий холод.

— Сколько? — бросил он коротко, словно мы обсуждали цену за редкий ингредиент на рынке.

Я растерянно моргнула, всё еще вжимаясь в спасительную твердь двери.

— Что... сколько? — непонимающе переспросила я, окончательно сбитая с толку этой резкой сменой настроения.

— Сколько золота тебе нужно, Элиана? — его голос звучал ровно, почти скучающе, но в глазах стыла темная бездна. — Пятикратная стипендия за пять лет? Десятикратная? Назови сумму, которая заставит тебя отказаться от этой дурацкой затеи. Я могу послать за золотом прямо сейчас. Твои родители купят самую большую пекарню в столице и перестанут работать на износ, а ты перестанешь играть в самоубийцу. До заката я еще успею дойти до административного крыла и вычеркнуть твое имя, а также имя твоего... напарника, из турнирной сетки.

Меня словно ударили наотмашь. Жар, заливавший щеки, мгновенно схлынул, оставив после себя лишь колючую обиду. Он думает, меня можно просто купить? Решить все мои проблемы звонкой монетой, запереть в Северной башне и сделать вид, что я ничего из себя не представляю без его защиты?

— Нет, — я вздернула подбородок, упрямо глядя прямо в его ледяные глаза. — Я не возьму ваши деньги, магистр. Я не нищенка, чтобы принимать такие подачки, и я не продаюсь. Мне не нужна жалость. Я выиграю эти деньги сама.