Книга Не любовница, страница 91 – Анна Шнайдер

Внутрь заглянула уже в машине. Конфеты, шампанское, банка икры — причём чёрной! — и любимые мамины духи. Оксана сглотнула леденящую душу жалость, посмотрела на Ивана Дмитриевича, который уверенно вёл машину, и зачем-то поинтересовалась:

— А вы… не ревнуете?

— Нет, — он мягко улыбнулся, качнув головой. — Оксан, ты же сама знаешь и прекрасно понимаешь всё, взрослая уже.

— Понимаю, — она вздохнула. — Но мама ведь до сих пор его любит, поэтому и поехала.

— Оксан, она любит не его, — так же мягко возразил Иван Дмитриевич. — Прости за цинизм, это всё мой возраст и жизненный опыт. Лида любит свои воспоминания. О прошлом, о молодости, о вашей жизни вместе. Эти воспоминания составляют огромный пласт её жизни, и она от них никогда не отделается, так же, как я никогда не избавлюсь от воспоминаний о своей жене.

Он сказал «избавлюсь», и Оксане показалось это странным, но она не стала уточнять. Просто сидела и слушала. И понимала: Иван Дмитриевич прав.

— Твой отец разделил её жизнь на до и после. И Лида любит всё, что было до, а то, что после — нет. Поэтому она и поехала с ним сейчас — в память о прошлом. А ревновать к прошлому глупо, Оксан.

— Да, — она кивнула, — я с вами согласна.

Больше они не разговаривали о её родителях. Обсуждали сыновей, внуков и снох Ивана Дмитриевича — ведь прежде, чем знакомиться с ними, Оксана должна была получить хоть какую-то информацию! — погоду, состояние дорог и планы на лето. И полчаса до её дома пролетели незаметно.

Простившись с Иваном Дмитриевичем, Оксана вылезла из машины, направилась к подъезду… и остановилась как вкопанная, сквозь грохот запускаемых во дворе фейерверков внезапно расслышав голос Михаила:

— Оксана, подожди!

Михаил

Он толком не понял, как оказался возле дома, где жила Оксана. Катался по городу с час, не разбирая дороги, но всё равно каким-то образом очутился в её районе и, как только понял это, ехал к дому Оксаны уже сознательно. Да, она говорила, что её не будет до утра, но Михаила почему-то тянуло туда. Словно он знал, что на самом деле Оксана вернётся раньше…

Глазам своим не поверил, когда она выбралась из незнакомой машины, накинула капюшон и пошла к подъезду.

— Оксана, подожди! — крикнул, выскакивая следом, перебежал через дорогу, едва не угодив под ту самую машину, на которой приехала Оксана, и, приблизившись к девушке, положил ладонь ей на плечо. — Как ты здесь?.. Что-то случилось?

— У меня к вам тот же вопрос, — она развернулась к Михаилу лицом и посмотрела с удивлением. — Первое января, половина четвёртого ночи. Как вы здесь оказались?

— Просто приехал, — пожал плечами Алмазов, и тут позади него раздался спокойный мужской голос:

— Оксана, помощь нужна?

Михаил сразу обернулся, вперив взгляд на говорившего. Пожилой мужчина — точно за пятьдесят, скорее даже ближе к шестидесяти, — седой, крепкий и спортивный. И Алмазов подумал бы, что это её отец, но Оксана однажды упоминала, что цвет глаз унаследовала от него, а у этого мужчины глаза явно были тёмно-карими.

— Нет, всё в порядке, Иван Дмитриевич, — ответила Оксана вежливо. — Я сама разберусь.

— Уверена? — Мужчина почти так же смерил взглядом Михаила, как секундой назад сделал он сам. — А это кто вообще? Бывший муж?

Алмазов усмехнулся, наконец разобравшись, почему этот мужик резво подорвался из машины и пошёл спасать Оксану. Подумал, что бывший её явился. Правда, до сих пор остаётся неясным, кто такой этот спасатель… но Михаил уже начинал догадываться, учитывая рассказ Оксаны про третью зубную щётку в квартире её матери.