Онлайн книга «Не любовница»
|
Михаил потёр ладонями лицо. Оно горело. — Её реакция. Я боюсь, что Маша, когда я скажу, что развожусь с её матерью, обидится на меня и не захочет общаться. — Это вполне вероятно, — кивнул собеседник, а потом спросил совсем уж неожиданное: — И её обиду вы считаете достаточной причиной для того, чтобы ничего не объяснять? Алмазов глубоко вздохнул и вновь потёр лицо. Теперь горела не только кожа — горели словно сами мозги, пытаясь осмыслить то, о чём поинтересовался незнакомец. — Получается, реакция дочери — единственное, что вас останавливает, — продолжал между тем собеседник. — Вы её боитесь, поэтому и молчите, и разыгрываете счастливое семейство. Считаете это достаточной причиной для молчания? Михаил покачал головой. — Вы, случайно, не психолог? — хмыкнул он и кашлянул, услышав в ответ невозмутимое: — Нет. Психотерапевт. Вершинин Сергей Аркадьевич*, будем знакомы. (*Герой также упоминается в книге «Ты меня предал»). — Михаил Алмазов… — пробормотал Михаил, ощущая себя совершенно по-дурацки. Да уж, присел за столик к незнакомому человеку… Это надо же… — Вы не волнуйтесь так, — улыбнулся Сергей Аркадьевич. — Вам моя помощь на самом-то деле и не нужна, психолога было бы достаточно. Но раз уж так случилось… Продолжим? — Слушайте, — Михаилу внезапно стало весело, — но вы, наверное, в отпуске, а я тут со своими историями… — Поверьте, Михаил, ваша история не такая уж и сложная. Вам просто нужно принять решение. И для того чтобы сделать это, уже есть все данные, мы их с вами даже разобрали только что. — Всё равно это сложно, — поморщился Алмазов. — Не хочется делать дочери больно… — Думаете, ваша ложь — это меньшая боль? Учитывайте тот факт, который вы только что признали, — Маша всё понимает. Значит, она понимает и то, что вы лжёте. «Понимает, что вы лжёте»… Эти слова буквально размазали Михаила по ближайшей стене, заставив задержать дыхание от неожиданного осознания… Чёрт. А ведь действительно… Глава 61 Оксана Она не ожидала, что Михаил будет звонить каждый вечер. Да, он обещал это делать, но Оксана даже не надеялась — не потому, что не верила: она думала, ему будет просто не до неё во время отпуска. Семья, дети, да и дела фирмы никто не отменял — Оксана прекрасно знала, что шефа дёргают практически в любое время дня и ночи, сама пересылала ему важные письма почти каждые несколько часов. Но он звонил. Спрашивал, как дела, рассказывал про свой отдых, не касаясь темы отношений — ни с женой, ни с Оксаной. Это было похоже на их разговоры на кухне — тёплые и душевные, они наполняли сердце тихой радостью и предвкушением чего-то волшебного. Словно Оксана была маленькой девочкой, верящей, что подарки приносит Дед Мороз, а не мама и папа. Папа… Оксана, в отличие от матери, навещала отца в реанимации, где он лежал в окружении приборов и капельниц. Похудевший, постаревший и такой несчастный — краше в гроб кладут. Оксана в первый раз даже на мгновение пожалела, что пришла: видеть отца в подобном состоянии было невыносимо. И дело было не в физическом, а в моральном факторе — он был разбит. Раздавлен, уничтожен. Раньше отец, по-видимому, всё-таки надеялся со временем вновь сойтись с бывшей женой, но теперь, увидев её в компании с мужчиной — в новогоднюю-то ночь! — понял, что надеяться больше не на что. И это его добило. |