Книга Надеюсь, она не узнает, страница 142 – Анна Шнайдер

Дышалось невероятно легко.

А слова… Слова оказались не нужны. Ни ей, ни мне.

Я окунулся носом в распущенные волосы Веры и поцеловал её в макушку. В ответ она прижалась ко мне ещё сильнее.

Мы просидели молча, наверное, от силы с полминуты, хотя мне в те мгновения казалось, что время остановилось и подыгрывает мне, растягивая каждую секунду, дабы я мог насладиться долгожданной встречей. Но Вера вдруг резко вскочила и закричала, напоминая дочке, что швыряться песком во все стороны — плохая идея, а затем вернулась на скамейку и вновь взяла меня за руку. Я крепко сжал её руку в ответ, не специально, а как-то рефлекторно. Уж очень хотелось продлить этот момент, который вряд ли будет долгим, учитывая игривое настроение маленькой Кати.

И мы стали говорить с Верой так, будто и не расставались вовсе. Она сказала мне что-то про Катю, я — про ночной перелёт. Потом было ещё что-то, и ещё, и ещё. Это были те самые пустяковые и в то же время бесценные разговоры, что происходят между людьми, которые уже давно вместе и жизни которых неразрывно связаны.

Катя не особенно удивилась, что рядом с мамой оказался какой-то дядя (вряд ли она запомнила меня с прошлой встречи), уж слишком увлечена была игрой. Но потом всё же подбежала и начала лепетать что-то на своём детском наречии, показывая мне какую-то из своих игрушек.

Я думал, что Вера выпустит мою руку, когда Катя подбежит к нам, но нет. Мы сидели рядышком как голубки, а маленькая и по-детски счастливая Катя что-то выплясывала возле нас, и невозможно было не смеяться, так задорно она это делала. Со стороны точно можно было подумать, что мы очень счастливая молодая семья, как из какой-нибудь рекламы майонеза.

Но тут Катя спустила нас с небес на землю, неожиданно закричав: «Папа!», и показала при этом не на меня, что логично, а куда-то за скамейку. Мне потребовалась пара секунд, чтобы осознать, что это может значить… а потом я вскочил на ноги, кожей почувствовав, что дело пахнет кровью.

По газону на меня грозно, как таран, шёл огромный, заросший щетиной мрачный Кир. Выглядел он как человек, который идёт не бить, а убивать.

Адреналин немедленно ударил в голову, весь фокус внимания перешёл только на потенциального противника. Остальной мир перестал существовать.

Так обычно просыпается боец внутри меня.

Я не знал, хочет ли Кир просто жёстко поговорить со мной, а может, врезать или избить до смерти, — но надеялся на первый вариант. И решил, что не буду защищаться полноценно сразу. Попробую рискнуть. Пропущу удар — так пропущу. Всё же не то чтобы я совсем не заслужил…

А вот если я сейчас встану в боевую стойку, то спровоцирую Кира ещё больше, и тогда крови точно будет не избежать.

Я выставил ладони вперёд, призывая Кира остановиться, но успел только сказать:

— Давай не здесь, а то Катя…

И пропустил удар. Со словами: «Сука, убью!» — Кир вмазал мне прямо в нос.

Надо сказать, удар был очень мощным, но всё же не профессионала, а любителя. В противном случае я вряд ли устоял бы на ногах.

Мгновение я наивно надеялся, что Киру этого будет достаточно и теперь мы отойдём в сторону и поговорим, но — увы.

Он попробовал ещё раз мне врезать, но второй и последующие удары я уже был не намерен пропускать. Однако я хотел сделать всё, чтобы, несмотря ни на что, мне не пришлось бить друга.