Онлайн книга «Надеюсь, она не узнает»
|
Я и макияж сделала. Почти незаметный, но всё же макияж. В общем, с моей точки зрения, выглядела я вполне сносно, но что во мне видит Кир, для которого идеалом стала шлюха Милена — ну а как ещё назвать такую женщину? — чёрт его знает. — Вер… — повторил Кир напряжённо, и я вздохнула — что ж, действительно, хватит отмалчиваться. — Угу. Кто начнёт, ты или я? Муж сглотнул, и я неожиданно поняла, что впервые в жизни вижу его настолько испуганным. Он не был в таком состоянии, даже когда меня увозили в роддом. — Я… начну. Только… вопрос. Как много ты знаешь? Стало смешно. Это он пытается понять, сможет ли приврать или придётся выкладывать правду? — Думаю, что много. Я видела почти всю твою переписку за последние полгода. И с Миленой, и с Костей. Кир кивнул, отводя взгляд, но я всё равно успела заметить, что в его глазах мелькнуло отчаяние. И какое-то звериное — словно у загнанного зверя, который не может понять, то ли его сразу убьют, то ли посадят в клетку. — Тогда ты многое знаешь… И мне нет нужды объяснять изначальные мотивы… — Да, нет нужды. Я отлично поняла, насколько несовершенна. — Вер… — Только не говори, что ты Косте писал это всё просто так, — качнула головой я. — Не надо врать. — Я не буду врать, — почти огрызнулся муж. — Не перебивай меня, пожалуйста, я пытаюсь собраться с мыслями! — Да без проблем, — съязвила я, и Кир, кажется, собирался сказать что-то ещё возмущённое — но тут принесли наш заказ, и ему пришлось на какое-то время заткнуться. Повезло. Потому что, когда официант ушёл, Кир уже остыл и продолжил вполне мирно: — Всё, что я нёс Косте, было для успокоения совести, Вер. Не мог же я, в самом деле, начать… эм… встречаться с Миленой без причины для самого себя? Вот я и пытался убедить и себя, и Костю… ну, ты читала… Я не стала говорить, что не замечала в эти полгода в Кире никаких проявлений угрызений совести. Возможно, они проснулись сейчас, когда он оказался перед реальной угрозой развода. Но в то время их точно не было. Однако я промолчала, понимая, что подобное утверждение только спровоцирует Кира на скандал. — Попробуй понять меня, Верунь… — продолжал муж с тяжёлым вздохом. Почти страдальческим. — Я уставал на работе, дома тоже сплошные проблемы, и ты стала совсем не похожа на ту девушку, на которой я когда-то женился, вот я и… — Кир, — всё-таки перебила я его, не выдержав, — ты понимаешь, что я не смогу быть похожа на ту девушку на протяжении всей жизни? Это неизбежно. Люди поправляются или худеют, седеют или лысеют, болеют и стареют… — Но не в двадцать восемь же лет! — возразил Кир, и я едва не перекрестилась. Вот, теперь я узнаю своего мужа. А то «моя ошибка». Конечно, это не его ошибка, а моя недоработка! — Когда угодно, Кир, — усмехнулась я и взялась за вилку. Надо всё-таки есть этот шашлык, пока он не остыл… Хотя, как это сделать, не представляю. — Всё то, о чём я сказала, происходит в любом возрасте. И это следует понимать. А если не понимаешь — значит, ты не видишь во мне человека. Вот и всё. Пока Кир рассерженно пыхтел, я жевала шашлык и овощи, почти не ощущая вкуса. Просто по инерции. В груди начинало печь от обиды, но я держалась, не желая плакать при муже. — Вер… Пожалуйста, прости меня, — сказал Кир минут через десять, когда я почти опустошила тарелку. Он за это время к еде не притронулся, зато выпил несколько бокалов красного сухого. — Я не буду оправдываться, просто скажу, что виноват. Но я очень прошу… ради того, что было между нами, ради нашей семьи, особенно ради Кати — давай попробуем быть вместе. Я обещаю, что всё ради вас сделаю. И никаких больше… Милен. Честное слово. |