Книга Если ты простишь, страница 138 – Анна Шнайдер

— Ты сам сказал, что они вряд ли этого не понимают.

— Да, верно. Просто Воронцову понравилась твоя работа, Лида. А ещё ему понравилась наша честность. Уверен, он сейчас пробьёт по своим каналам «Баухаус» и тогда уже будет делать выводы, что может мне предложить на следующей неделе.

— Думаешь, он может отказаться?.. — забеспокоилась я, и Вадим пожал плечами.

— Вполне. Но мы всё равно с тобой молодцы.

Я непроизвольно расплылась в довольной улыбке.

.

Когда мы подъехали к месту моего нынешнего обитания, в машине повисла напряжённая тишина.

Впервые за последние несколько недель мы с Вадимом сидели вот так — вдвоём и настолько близко. И нужно было попрощаться, сказать «до свидания», ну или что-то вроде того.

Но я словно онемела.

А потом вдруг выпалила — сама не понимая, зачем и как мне это в голову пришло:

— Не хочешь… подняться?

Что именно я предложила Вадиму, я в точности не осознала. Да и не успела бы осознать, потому что он тут же резко ответил, передёрнувшись, будто я хлестнула его кнутом по плечам:

— Нет.

Закрыл глаза, почти зло вздохнул… Но я не стала дожидаться, что ещё он скажет.

Быстро выскочила из машины и побежала к подъезду, почти перепрыгивая через сугробы.

Снег, летевший с неба, касался лица мокрыми лапами, холодил щёки, тут же таял — и смешивался со слезами, становясь просто солёной водой…

87

Вадим

Неадекватность.

Хорошее слово, удобное, часто помогает кратко охарактеризовать что-либо. Например, мою реакцию на предложение Лиды подняться к ней.

Ну и зачем я так отреагировал? С её стороны это ведь была элементарная вежливость между не чужими друг другу людьми. Но у меня в голове сразу же возникла стереотипная сцена из кино, в которой Она предлагает Ему подняться в гости, а затем герои обязательно занимаются сексом.

Мне всё равно нужно было скорее возвращаться к Арине, поэтому я мог бы просто ненадолго зайти и посмотреть, как Лида обустроилась, быстренько выпить чаю и помчаться к дочке — да, это было бы безобидно и просто адекватно.

Ещё раз прокрутив в голове всё произошедшее, я решил, что надо перед Лидой как-то извиниться. Однако сложно будет объяснить, за что именно, не озвучив эти глупые мысли про секс. От такого извинения даже хуже может стать.

К тому же я бы точно не смог ей сказать ещё одну причину своего поведения… Если уж быть откровенным хотя бы с самим собой — да, я побоялся дать слабину и снова сблизиться с Лидой. После такого яркого вечера, после её помощи мне, увидев её безумно красивой, заметив, как на нас с ней реагируют люди, и вспомнив, насколько она прекрасная спутница для меня, — я мог бы и сорваться с той цепи, на которую сам себя посадил.

В итоге, вернувшись домой, я принял два решения.

Первое. Пора избавляться от этого проклятого уродливого дивана и возвращаться в нашу, точнее, теперь уже мою спальню, куда я до сих пор старался даже не заходить. Бессмысленность воздержания от комфортного ложа стала очевидной, ведь мысли о Лиде таким образом даже не сократились. Наши жизни настолько плотно переплетены, что мы с ней будем взаимодействовать постоянно. И нужно научиться с этим справляться, побыстрее привыкнуть, а не быть лошадью с шорами на глазах, чтобы избегать всего, что напоминает о бывшей жене.

Второе моё решение — благодарность за помощь с застройщиками будет лучшим извинением. Настоящая, деятельная благодарность, а не просто слова. Но надо было ещё придумать, какая именно…