Книга Помощница и её писатель, страница 48 – Анна Шнайдер

Я вспомнила недавнее сообщение в мессенджер и чертыхнулась про себя.

— Для чего?

— Ну а как же? Цель не достигнута, ты не валяешься, обливаясь слезами, у него в ногах и не просишь о милости. Так что, — Бестужев криво усмехнулся и кивнул подошедшему официанту, который принёс наконец наш заказ, — новогодний корпоратив Герасимову будет кстати.

— Если он туда придёт…

— Придёт, конечно. На этот счёт уж точно можешь не беспокоиться.

Нина

Больше мы с Бестужевым не обсуждали ни его мать, ни Андрея — я решила, что хватит с нас неприятных тем, и быстренько переключила своего писателя на книги. Сначала на чужие, потом и на его собственные. Переключился он отлично, и мы провели в ресторане почти два часа, разговаривая о творчестве. И больше бы провели, если бы в один прекрасный момент не позвонил папа и не поинтересовался, когда я буду дома и можно ли без меня обедать.

Мне стало дико стыдно! Променяла семью на интересный разговор с Бестужевым. Эх ты, Нина!

— Скоро буду, — протараторила я в трубку. — Обедайте, конечно, не ждите меня!

Сбросила вызов, посмотрела на собеседника и виновато улыбнулась, разводя руками.

— Да, Нин, твой рабочий день закончен, — кивнул Бестужев. — А вот мой, пожалуй, сейчас только начнётся. А то я за утро почти ничего не написал, нехорошо. Сейчас приеду и попытаюсь сделать хоть что-то.

— Может, лучше отдохнуть?

— Да я не устал.

Бестужев расплатился по счёту, захватил из-под стола пакет из секс-шопа, попрощался со мной до завтра — и мы разошлись по домам.

Дома меня захватили уже другие дела — Машины уроки и её вопросы, среди которых, слава богу, не нашлось вопроса о том, почему я сегодня пришла позже, чем обычно.

Кстати, книгу, которую для Маши подписал Бестужев, дочь торжественно водрузила на «почётную» полку, где стояли её любимые литературные произведения, и заявила, что обязательно прочитает, когда вырастет. А пока, так уж и быть, повременит, раз уж я просила ничего не читать у «своего писателя».

Да, именно благодаря Маше я начала называть Бестужева «своим писателем». Как-то это так легко и непринуждённо подхватилось… Словно он и правда был «мой». Будто я имела на это полное право.

Не увязнуть бы мне в этом, конечно.

Потому что, несмотря на всё собственное сопротивление, я уже давно чувствовала — нравится мне Бестужев. И сильно. Причём, в отличие от Максима и Андрея, он вызывал у меня не только физическое влечение и мощную симпатию, но и дичайшее любопытство.

Ни с Максимом, ни с Андреем мне настолько интересно не было.

Я вдруг вспомнила, что ещё мы обсуждали с Бестужевым в ресторане, и непроизвольно улыбнулась.

— Вы уверены, что Алле не придётся по вкусу завтрашний спектакль? — поинтересовалась я в какой-то момент, глядя на то, как мой собеседник с аппетитом ест лазанью. — А то, может, она любитель… Я ведь придумывала план, рассчитывая, что нет…

— Я твой план скорректирую, не переживай, — ответил Бестужев невозмутимо. — Побежит прочь, сверкая пятками. Правда, я не уверен, что после этого она всё равно не пойдёт на телевидение. У Аллы много общего с твоим Андреем, мне кажется. Есть такие люди — которым обязательно хочется отомстить тем, кто их хоть как-то задел. Даже если ничего особенного этот человек и не сделал — всё равно хочется.