Книга Предавший однажды, страница 103 – Анна Шнайдер

Поколебавшись, Роман набрал последнюю. Понимал, что она наверняка дома, с мужем и детьми, но он и не собирался говорить ничего такого — просто хотел услышать её голос.

Однако ответила не Надя.

— Алло, — раздался напряжённый мужской голос в трубке, и Роман оторопел. Услышать вместо Нади её мужа он как-то не ожидал. — Чего тебе?

— Не чего, а кого, — ответил Роман, отойдя от шока. — Хочу с Надей поговорить.

— Занята она. И вообще — забудь её, понял? Мы с Надей будем сохранять семью, постараемся наладить отношения. Оба накосячили, оба будем исправляться. Знаю я про вас всё, короче…

Надин муж сбросил звонок, и Роман несколько секунд просто смотрел на погаснувший экран телефона, чувствуя, как в нём медленно и мучительно умирает росток крошечной надежды, который умудрился прорасти несмотря ни на что и вопреки всему. Хотя Роман старательно травил его уговорами и доводами, что не разведётся Надя никогда и ни за что, не давал разрастаться, — но тем не менее…

Закрыв глаза и глубоко вздохнув, Роман набрал номер Совинского, забыв, что на часах десять вечера.

— Ром, — пробурчал в трубку шеф через полминуты настойчивых гудков, — что-то срочное или ты просто сдурел?

— Максим Алексеевич, я хочу уйти на фриланс, как вы когда-то предлагали.

— Значит, ты просто сдурел, — резюмировал Совинский, хмыкнув. — Ладно, без проблем. Когда хочешь приступить?

— С завтрашнего дня.

— Лихо. Чего случилось-то? Все живы?

— Все, — ответил Роман, хотя у него было отчётливое ощущение вранья в этот момент. — Это личное, Максим Алексеевич. Не волнуйтесь, работать буду не хуже.

— Я в тебе не сомневаюсь. Надя, кстати, заходила ко мне сегодня, спрашивала про тебя. Позвони ей, сообщи.

«Уже позвонил», — мрачно подумал Роман, положив трубку.

Надежда

Полтора месяца спустя

Небо на неделе между майскими праздниками радовало абсолютной голубизной без единой тучки, но солнечная погода была обманчива — ветер дул прохладный, и стоило снять куртку, как через пять минут становилось зябко и хотелось надеть её обратно. Особенно свежо оказалось на воде, и сотрудники «Совы», собравшиеся на речном теплоходе в честь юбилея издательства, быстро сбежали с палуб внутрь ресторана.

Все, кроме меня.

Пару дней назад, когда стало окончательно ясно, что корпоратив на теплоходе всё-таки состоится, я явилась к Совинскому на поклон и практически с порога потребовала:

— Максим Алексеевич, а вы можете сделать так, чтобы Рома Кожин пришёл на корпоратив?

Ладонь шефа, в этот момент занимавшаяся подписанием многочисленных договоров, дрогнула, и Совинский поднял голову, неудачно мазнув шариковой ручкой не совсем там, где требовалось.

— Что-то у вас в редакции странное происходит который месяц, — резюмировал он, прищурившись. — Сначала Кожин попросил срочно его на фриланс перевести, позвонив мне поздно вечером, теперь ты странные требования выдвигаешь… Кстати, а что мне за это будет?

— Моя безграничная любовь, — я прижала руки к груди, и Максим Алексеевич, хмыкнув, погрозил мне пальцем.

— «Мы вас любим, в глубине души, где-то очень глубоко», — процитировал он, смеясь глазами. — Ладно, попробуем выманить Романа на корпоратив. За премией он точно придёт.

— О-о-о, — протянула я, почти безумно улыбнувшись. — Спасибо!

— Поблагодаришь, если у тебя всё получится, — ответил шеф обтекаемо, и я заподозрила, что он тоже что-то замечал, как и Семён, но молчал. А может, стал замечать недавно, когда я начала вести себя на работе слишком нервно и дёргано? Тут и слепой бы заметил, что у редактора психоз.