Книга Измена с молодой. Ты все испортил!, страница 47 – Аника Зарян, Каролина Шевцова

— Ты про ужин?

— Не делай вид, что не понимаешь, — отвечает подавленно. — Я про наш брак, Ксюша.

Выбираю режим мойки и захлопываю дверцу.

— Ксюша, черт побери, посмотри уже на меня!

Делаю глубокий вдох и поворачиваюсь к нему.

— Есть выход, Карен.

— Поделись, умоляю! Потому что я не вижу никакого выхода! Я только вижу, что моя жена ведет себя, как упрямая малолетка и спускает в унитаз все мои старания спасти семью!

— Он есть. — пропускаю мимо ушей его колкости, с удивлением отметив, что они меня не ранят. — Мы разводимся и перестаем мучить друг друга.

— Нет.

— Нам плохо, Карен.

— Нет, — рычит он снова. — Нет, Ксюша!

— И мне, и тебе. — подхожу к нему, беру свободный стул и сажусь напротив. — Я же вижу, как ты мучаешься. Ты на себя не похож. Нашим детям нужны и мать, и отец. Но пока я пыталась смириться, я чуть не свихнулась, Карен.

— У наших детей есть и мать, и отец, — с нажимом цедит он, рывком вскочив со стула. Потеряв устойчивость, тот с грохотом откидывается на спинку. — Выход она нашла. Я тебя никогда не отпущу!

Муж подходит ближе и нависает надо мной. Не даю ему шанса продавить меня, тут же поднимаюсь. И теперь мы смотрим друг на друга.

Прямо.

Наравне.

И начинаю с главного. Ради чего я была готова сохранять семью. Ради чего теперь хочу уйти.

— Ты хочешь, чтобы наши дети росли в такой атмосфере? Где родители грызутся, как дикие звери, сохраняя брак ради социального статуса? Ты этого им желаешь?

— Ничего этого не будет, если их мать перестанет выкаблучиваться и снова включит голову!

— Это смешно, Карен.

— Смешно то, что ты говоришь, Ксюша. — Он мягко кладет ладони мне на плечи и притягивает к себе. — Ты моя жена. Я твой муж. Мы давали клятвы у алтаря, для меня это не пустые слова! Я тебя люблю и разводиться с тобой я не собираюсь!

— О клятвах раньше надо было помнить! — убираю его руки и отступаю.

— Смени уже пластинку! — зло морщится и делает шаг навстречу.

— Ты не сможешь меня удержать. — пячусь я.

— Ты не сможешь от меня уйти. — продолжает наступать муж.

— Тогда убегу!

— Я найду, где бы не спряталась.

— Мне нужен развод!

— Это эгоизм!

— Мне нужно вернуть себе самоуважение! — упираюсь спиной в стену.

— А мне нужна моя жена! Моя! Жена! Это разговор ни о чем, Ксюша. — снова хватает меня за плечи и шипит мне в лицо. — Я задействую все связи, милая. Твое заявление не примет ни один суд. Можешь возмущаться, можешь кричать и плакать — я свое решение менять не буду.

Последнее слово остается за ним. Карен еще несколько секунд смотрит мне прямо в глаза, а затем ослабляет хватку. И тут же его руки безвольно свисают вдоль туловища. Будто он не меня удерживал, а сам держался за меня.

Я понимаю, что он устал так же, как и я.

Но он верит в то, что говорит. И я не смогу его переубедить.

Но я также понимаю, что мне уже не нужно, чтобы он согласился. Не нужно его убеждать. Потому что это только продлит агонию.

Не хочет по-хорошему — пусть!

Я всё сделаю сама. Спокойно, без суеты всё подготовлю.

Он не узнает ни о чем, пока не придет время.

Не только у него есть связи.

Понедельник начался с дождя. Всю ночь он лил без остановки. Неровными дорожками растекался по окнам, мягко отстукивал ритмы постепенно просыпающейся от зимней спячки природы. А к утру выглянуло солнце и, переливаясь яркими бликами в хрустале люстры, стало рисовать причудливые всполохи на потолке. Откладываю чашку кофе на журнальный столик и наблюдаю за этой игрой света, уютно устроившись в кресле в гостиной. Поистине, чудо природы — каждый год возрождаться, находя силы лишь в самой себе.