Книга Муж моей подруги, страница 43 – Мила Младова

Митя сказал:

— Вот так, мам! Нравится?

Кира внимательно изучала свои красные ногти на ногах.

— Идеально, Митюш. Спасибо.

Митя забрался на диван, прижался к матери и скорчил сестре рожицу. Эля что-то проворковала и потянулась к нему, совершенно очарованная. Затем ее лицо снова вспыхнуло, она откинула голову назад и заплакала по-настоящему.

— Она голодная.

— Вот пеленка!

Рита вприпрыжку вернулась в комнату.

Кира положила пеленку на плечо, расстегнула рубашку и лифчик. Она поднесла грудь ко рту дочери, поправила ее руку и ноги. Рита сидела сбоку, следя за каждым движением широко раскрытыми глазами. Митя тоже придвинулся поближе к матери, протянул палец и ухмыльнулся, когда Эля сжала его в кулаке. Они сидели вчетвером, полностью поглощенные моментом.

Я встала и пошла наверх. Никто не заметил моего исчезновения.

Лето 2014 года

Через неделю Володя приехал навестить свою семью, а я вернулась в Краснодар. Максим позвонил и сказал, что он так занят, что не сможет приехать в Сочи; он попытается приехать в следующие выходные.

Его голос по телефону был озабоченным и вялым.

Моя собственная неделя выдалась одинокой. Кира, Эля, Митя и Рита объединились в нечто вроде улья с ребенком в центре. Дважды я брала Митю и Риту с собой на пляж, пока Кира и Эля дремали, но, когда мы возвращались домой, они убегали от меня к малышке.

Я знаю, что в кормящей матери есть что-то притягательное. Рита была очарована. В глубине души я была рада. Я хотела, чтобы Рита увидела… Почувствовала, как прекрасно материнство, чтобы она захотела иметь детей. Возможно, у нее не будет шанса пройти через это вместе со мной. У меня, возможно, никогда не будет другого ребенка. Конечно, не будет, если Максим продолжит оставаться таким безразличным.

Вероятно, виной тому была необычная жара того лета, или влажность, которая давила на город, или, может быть, это были детские чары, но семилетние дети были странно ленивы и с удовольствием лежали на полу, уставившись на Элю. Поэтому, когда я сказала, что хочу поехать в Краснодар к Максиму и оставить Риту с Володей и Кирой, моя подруга с радостью согласилась.

И Рита тоже.

Я немного загорела и хорошо отдохнула, лежа на солнышке и читая, в то время как Рита тусовалась с Элей и ее бандой. Путешествовать в одиночестве было одно удовольствие; я без перерыва слушала музыку в наушниках. К тому времени, когда я приехала домой, я была расслаблена, полна надежд и даже горела желанием продолжать жить.

Квартира был пуста. Я знала, что так и будет. Я знала, что Максим будет на работе. Я планировала принять душ, приготовить ужин и вернуть его к жизни.

В гостиной было немного пыльно, и вид у нее был заброшенный. Я прошла в нашу спальню и застыла там, ошеломленная. Пол, стол и стулья были завалены пивными бутылками и всяким мусором. Максим всегда был аккуратным человеком. Даже в хаосе своего офиса он знал, где находится каждый предмет. Но это... Эта комната…

Максим знал, что я приеду. У него было время навести порядок, пройтись по комнате с мусорным пакетом, но он этого не сделал. Эта комната была посланием. Но что это было за послание? «Мне все равно»?

Постельное белье было смято, грязная одежда, накопившаяся за неделю, устилала пол.

Это был не Максим. Даже в институте он не был таким неряшливым. Я была зла и встревожена. Сначала я постирала одежду, затем прошлась по дому, собирая мусор. Я пропылесосила пол, накрыла на стол и приняла душ. Я надела красивое платье, подчеркивающее мой загар и фигуру, которую я восстановила за последние три месяца.