Онлайн книга «Скрипка. Я не буду второй»
|
— Энн, не смей мне отказывать! — хотел спокойно, но выходит скорее угрожающе. А все из-за того, что я теряю терпение и надежду на какой-то шанс для себя. Безумно сложно! Особенно, когда никогда раньше не уговаривал девушке. Да Беловой скорее уговаривать приходилось меня… — Энн! — натягиваю дружелюбную улыбку, видя её недоверие. — Обещаю, что я буду соблюдать твои правила. — Обещаешь не быть беспринципным засранцем? — Клянусь! — восклицаю торжественно и киваю на свою протянутую руку. Только уже через полчаса нашей неспешной пешей прогулки я про себя ошалело орал: — На что я, блядь, подписался! Но тут же старался взять себя в руки: — Попробуй только натворить глупостей, Пантера, и я саморучно придушу тебя. Я не мог облажаться. Только не снова. Только не перед Скрипкой. Но вот я огромная гора мышц не могу справиться с хрупкой девушкой, с её нежными губками, солнечными веснушками и холодной подрагивающей ладошкой в моей руке. — Энн, тебе холодно? — останавливаюсь, растирая её руку в своих. — Нет. Просто неловко рядом с тобой. Я волнуюсь, не знаю, как вести себя, о чем говорить и вообще не понимаю правильно все это или нет. — Тебя не стоит волноваться. Будь сама собой. Мне это нравится в тебе… Мне приходится зажмуриться, когда она лучезарно улыбается… Вот черт, но мне требуется время, чтобы безжалостная сердечная мышца сбавила обороты и дала мне возможность ровно дышать. Слишком сильно меня прошибает от этой улыбки… Но как ахуенно осознавать, что она улыбается мне… Каждая новая фраза в разговоре, каждая даже мимолетная улыбка, лёгкое касание наших тел и я улетаю от безумно приятных, тёплых, уютных ощущений. Когда я совсем теряю связь с землёй, приходится обругать самого себя горой матов и обзывательствами в стиле “слабак”, “слюнтяй” и “чёртов романтик”. А когда даже это не помогает, беру и обнимаю мою малышку, оправдывая свое желание чувствовать её фразой: — За нами могут следить журналисты… — Пантера, вот почему мне кажется, что ты нарушаешь обещание? Ее звонкий голос вибрирует от смеха, а у меня от этого по коже бегут огненные разряды… — Может потому, что нам обоим нравятся эти нарушения, — хмурится, становясь серьезной. — Ладно. Ладно. Мы просто греемся в объятиях друг друга. Санкт-Петербурга как никак, но севернее Москвы. Вот мы и замерзли… — Ну ты и хитрец, Чернов. Интересно, сколько способов ты знаешь, чтобы развести девушку на поцелуи и объятия… — Я готов продемонстрировать тебе их все… — Ну, попробуй… — шепчет, стыдливо пряча лицо у меня на груди. Совсем близко. Настолько, что я кожей чувствую её дыхание. Настолько, что я не могу остановиться себя. — Энн, можно я нарушу клятву и поцелую тебя, — прошу, изнемогая от желания. — Можно… — слышится мне, и как подтверждение полуоткрытые ярко-розовые губки оказываются рядом с моим ртом. А дальше у меня все… Полнейший вакуум… Окружающие звуки ускользают, тонут в счастливом грохоте сердца. И я с трудом разбираю её дрожащий шепот: — Дан, что происходит между нами? Это все те же фиктивные недоотношения или уже что-то другое? Глава 31 Ann Я впервые в Питере. Но он для меня особенный город. Ведь именно разводные мосты, белые ночи и “Алые паруса” ассоциируются у меня с первой любовью. Нет, это не просто романтичные мечты. Это часть истории моей семьи, которую я с детства воспринимала как самую волшебную сказку. |